Книга Закон бессмертных, страница 159 – Джули Кагава

— Вообще, я тут кое о чем думал, – признался Зик, хромая направляясь вместе со мной в гостиную. Сегодня он выглядел явно лучше: еда, отдых и болеутоляющие сделали наконец свое дело. – О том, что ты сказала мне прошлой ночью. Я хочу больше узнать о вампирах… от тебя. Так-то я знаю о них лишь со слов Джеба.

Фыркнув, я взяла с пола рюкзак.

— Что мы злобные бездушные демоны, у которых на уме одно – пить кровь и обращать людей в монстров? – шутливо спросила я, ища бинты и марлю.

— Да, – серьезно ответил Зик.

Я подняла на него глаза, и он пожал плечами.

— Ты была честна со мной прошлой ночью, – сказал он. – Ты не стала говорить то, что я хотел услышать, то, что я от тебя ожидал. Поэтому я подумал, что могу… выслушать другую сторону. Послушать тебя, если ты захочешь рассказать. Почему ты стала вампиром. Что заставило тебя захотеть… – он запнулся.

— Сделаться нежитью? Пить кровь живых? – Я достала перекись, бинты и марлю, разложила на полу у дивана. – Чтобы больше никогда не беспокоиться, что обгоришь на солнце? Ну, если только один последний раз.

Зик демонстративно нахмурился.

— Если ты не хочешь рассказывать, ничего страшного.

Я махнула рукой на диван, и Зик сел, уперев локти в колени. Склонившись рядом, я принялась разбинтовывать его ногу.

— Что ты хочешь знать?

— Сколько тебе лет? – спросил Зик. – То есть как давно ты… вампир?

— Недавно. Всего несколько месяцев.

— Месяцев?

В голосе Зика прозвучало изумление, и я подняла на него глаза.

— Ну да. А ты думал, сколько мне?

— Ну… не несколько месяцев. – Зик тряхнул головой. – Вампиры бессмертны, так что я думал… возможно…

— Что думал? Что мне сотни лет? – Я усмехнулась и вновь склонилась над его ногой. – Хочешь верь, хочешь нет, Зик, но для меня все это совершенно в новинку. Я до сих пор учусь быть вампиром.

— Я не знал, – тихо произнес Зик. – Так мы с тобой и вправду сверстники. – Он помолчал, обдумывая это, потом покачал головой. – Что с тобой случилось?

Я медлила с ответом. Я не хотела ни обсуждать, ни вспоминать свою прошлую жизнь; прошлое прошло – к чему ворошить то, что уже не изменишь? Но Зик все же пытался меня понять, он заслуживал по крайней мере объяснения. Правды.

— Я не врала, когда говорила, что родилась в вампирском городе, – начала я, сосредоточившись на перевязке, чтобы не смотреть на Зика. – Мы с мамой… жили в маленьком домике в одном из секторов. Она была Отмеченной, и это означало, что дважды в месяц ей надо было ходить в клинику «на сдачу». Все было очень цивилизованно – или так пытались это представить вампиры. Никаких принудительных заборов крови, никакого насилия, никаких отвратительных смертей, – я фыркнула. – Вот только люди все равно все время пропадали. Вампиры – охотники. Никакой цивилизацией из них – из нас – это не вытравить.

Я чувствовала, что Зику неуютно, ему неприятно было, что я внезапно признала: все вампиры в той или иной степени убийцы. Что ж, он хотел правду. Никакой больше лжи, никаких больше иллюзий. Я вампир, и все тут. Оставалось лишь надеяться, что он сможет это принять.

— В общем, – продолжала я, отворачивая марлю, чтобы открыть рану – выглядела она глубокой и зловещей, но не инфицированной, – однажды мама заболела. Она не могла встать с постели, поэтому пропустила очередную сдачу крови. Два дня спустя к нам явились вампирские домашние люди и взяли у нее требуемое количество крови насильно, даже не поглядев, что от слабости она не могла ни есть, ни даже двигаться. – Я помолчала, вспоминая крохотную холодную комнату и маму, лежащую под тонким оделялом, бледную как снег. – Она так и не оправилась, – закончила я, прогоняя воспоминание обратно в самые темные глубины сознания. – Вскоре она просто… угасла.