Книга Закон бессмертных, страница 4 – Джули Кагава

— Марк из-за этого сам не свой, – сказал Шест почти со злостью. – У него кроме Грейси никого не осталось после того, как их родители умерли.

— Не наша проблема, – мне стало стыдно за свои слова, но сказала я правду. На Периферии заботиться принято о себе, о ближайших родственниках и ни о ком больше. Я беспокоюсь лишь о себе, Шесте и нашей маленькой банде. Они – моя семья, паршивая, но уж какая есть. Я не могу переживать из-за бед всей Периферии. Спасибо, мне и своих достаточно.

— Может… – начал Шест, запнулся и продолжил: – Может, она сейчас… счастливее? Может, оказаться во Внутреннем городе совсем не плохо. Вампиры лучше о ней позаботятся, тебе не кажется?

Я едва сдержалась, чтобы не фыркнуть. «Шест, они вампиры, – хотелось мне сказать. – Чудовища. Мы им нужны только как рабы и как еда. Сам же знаешь, от кровососа ничего хорошего не жди».

Но так я бы только еще больше расстроила Шеста, поэтому притворилась, что ничего не слышала.

— Где остальные? – спросила я, пока мы шли по коридору, пробираясь между булыжников и битого стекла. Шест угрюмо тащился позади меня, на каждом шагу пиная камешки и куски штукатурки. Я с трудом подавила желание отвесить ему оплеуху. Марк был парень порядочный; пусть он и был Отмеченным, он не смотрел на Неотмеченных, как на тараканов, и даже иногда болтал с нами, когда совершал обход Стены. Мне было известно и то, что Шест неровно дышит к Грейси, хотя ему ничего с ней и не светит. Но это я больше всех делилась с ним едой, потому что сам он обычно совершать вылазки боялся. Сопляк неблагодарный. И ведь знает, что я не могу приглядывать за всеми.

— Лукас еще не вернулся, – наконец промямлил Шест, когда мы вошли в мою комнату – одно из множества пустых помещений вдоль коридора. За те годы, что я провела здесь, я как могла ее обустроила. Разбитые окна заклеила пластиковыми пакетами от дождя и сырости. В углу лежал старый матрас с подушкой и одеялом. Мне даже удалось найти складной столик, пару стульев и пластмассовую полку под всякую нужную мелочевку. Я обустроила отличное гнездышко, и главное – моя дверь до сих пор запиралась изнутри, так что я могла обеспечить себе необходимое уединение.

— А что с Крысом? – спросила я, толкая дверь.

Та со скрипом открылась, заставив подпрыгнуть и вытаращиться поджарого парня с жидкими светлыми волосами. Он был старше нас с Шестом, и передний зуб торчал у него, как клык – парень как будто вечно ухмылялся.

Увидев меня, Крыс выругался, и кровь у меня закипела. Это была моя комната, моя территория. У него не было никакого права там находиться.

— Крыс! – рявкнула я, врываясь в комнату. – Ты что тут выискиваешь? Стырить что-то хочешь?

Крыс поднял свою загребущую руку, и внутри у меня все похолодело. Он держал старую выцветшую книгу, без обложки, с помятыми страницами. Я сразу же ее узнала. Это была фантастическая история, сказка о четырех детях, прошедших сквозь волшебный шкаф и попавших в странный иной мир. Я даже упомнить не могу, сколько раз ее перечитывала, и, хотя мысль о магической стране, населенной добрыми говорящими зверями, вызывала у меня усмешку, иногда, в самые потаенные минуты, мне хотелось найти спрятанную дверь, которая вывела бы всех нас отсюда.

— Это что за хрень? – Крыс потряс книгой. Будучи пойманным на месте преступления, он мгновенно перешел в нападение. – Книги? Ты зачем собираешь этот мусор? Можно подумать, ты читать умеешь. – Он фыркнул и швырнул книгу на пол. – Знаешь, что вампы с тобой сделают, если узнают? Лукасу о твоей помойке известно?