Книга Исцеление вечности, страница 148 – Джули Кагава

Я кивнула.

— По крайней мере, здесь им не угрожают кровавцы. — С едой по-прежнему было напряженно, но с едой на Периферии всегда напряженно. Зик вдруг поморщился и прижал руку ко лбу — от тревоги у меня свело все внутри. — С тобой все хорошо?

— Да. Все нормально. Голова болит. — Он опустил руку, улыбнулся, чтобы меня успокоить. — Куда ушел Кэнин?

— Сказал, что поищет место для сна. — Кэнин исчез вскоре после того, как мы завели беженцев в подвал, — бесшумно растворился в сумраке. А в этом огромном полуразрушенном здании с бессчетными комнатами и темными коридорами я его вряд ли отыщу. Мне тоже надо было уходить. Солнце уже взошло, и глаза у меня закрывались от усталости. — И мне пора.

— Элли… — Зик провел рукой по влажным от пота волосам. Судя по его тону, ему было неловко. — Можно я… пойду с тобой? — спросил он, и я удивленно моргнула. — Я не хочу здесь оставаться, — пояснил он, кивнув на дверь подвала. — Не могу подвергать остальных риску, распространять болезнь.

Я кивнула:

— Конечно.

— Спасибо. Подожди пару секунд. — Зик развернулся, стряхнул с плеч рюкзак, поставил на пол. — Здесь еда и предметы первой необходимости для всех, кому требуется, — объявил он беженцам. — Постарайтесь растянуть на подольше.

В коридоре я укоризненно посмотрела на него и покачала головой:

— Ты и сам мог бы всем этим воспользоваться, Зик.

— Им нужнее, — не колеблясь ответил он. — Так хоть не зря пропадет. Мне… — Он осекся, опустил глаза, но мы оба понимали, что он хотел сказать. Мне недолго осталось.

Внутри у меня снова все сжалось от страха, но я ничего не стала отвечать и повела его по коридору. Я открыла дверь, которую открывала тысячу раз, и вошла в знакомую комнату. Снаружи было светло — солнце, должно быть, уже показалось над крышами, — но черные мешки на окнах отлично затемняли помещение. Мне не требовался искусственный свет, чтобы увидеть: почти все здесь было так, как я оставила. Когда я жила с Кэнином в старой больнице, то, нарушив его запрет, однажды вернулась в свою старую комнату — и обнаружила, что в нее вселились два незнакомца. И хотя Чокнутый Кровосос убил их прежде, чем они успели что-то здесь серьезно поменять, они ухитрились сжечь все мои книги, чтобы обогреться. Тогда я в последний раз видела это место — вскоре нам с Кэнином пришлось покинуть Нью-Ковингтон. Было непонятно, куда пропали тела, оставшиеся здесь в ту ночь, когда я впервые встретилась с Сарреном.

Зик с интересом рассматривал комнату при свете фонарика. Когда луч упал на кровать в углу, он застыл и нахмурился. Еще раз осветил комнату, подмечая все признаки обжитости, — и, похоже, внезапно все понял.

— Это… была твоя комната?

Я устало кивнула.

— Я жила здесь со своей бандой, когда еще была человеком. — Я подняла перевернутый стул, поставила его к столу. — Не бог весть что, но у других и такого не было.

Я взяла с полки огарок свечи, повертела в пальцах. Неужели несколько месяцев назад я и впрямь была человеком? Это казалось невозможным.

— В общем, — я положила огарок на место, — ложись на кровать. Тебе явно надо поспать. Только ложись с левой стороны — с правой матрас истерся.

— А ты?

— За меня не волнуйся. — Криво улыбнувшись, я устроилась в углу, подальше от окна. — Я теперь могу спать где угодно, лишь бы не на свету. Но мне сейчас в самом деле надо поспать, Иезекииль. Глаза уже закрываются.