Книга Исцеление вечности, страница 182 – Джули Кагава

Остекленевшие от боли глаза Шеста расширились, встретившись с моими.

— Элли? — прошептал он, и мое облегчение — это не Зик! — моментально сменилось ужасом.

Я смотрела на Шеста. Вся грудь у него была в крови, деловой костюм вымок насквозь, кожа белая как мел. На лице его застыли ужас и боль, и все мои злость и обида растаяли, когда Шест протянул ко мне бледную окровавленную руку:

— Элли…

Я взяла его ладонь в свою.

— Что случилось? — прошептала я, в отчаянии разглядывая его раны.

Раньше я уже видела такое. Шесту вспороли живот — чудовищным садистским ударом. Ему осталось недолго.

— Кто это с тобой сделал?

— Прости, — задыхаясь, прошептал Шест. — Прости, Элли. Я не знал. Прости.

— За что простить? — тихо спросила я.

Тут Шест затрясся и начал кашлять. Изо рта у него пошла кровь, потекла по шее, и я бросила взгляд на Салазара.

— Сделайте что-нибудь! — рявкнула я на Государя. — У вас же тут врач! Что вы стоите и смотрите?

Государь сощурился.

— Я не имею привычки помогать тем, кто меня предал, — к моему изумлению, сказал он.

— Что? Он вас предал? Как?

— Элли, — снова прошептал Шест, стискивая мою руку. — С-саррен, — выдохнул он. — Это был Саррен. Он вернулся.

Внутри у меня все похолодело.

— Саррен сделал это с тобой? Как? Когда?

— Я… его туда привел, — продолжал Шест. — Я привел его к Саррену. Он нас ждал. Обещал… что заберет его. Я не думал… что он меня пырнет. Мне… так жаль, Элли.

Заберет его?

— Кого? — прошептала я, но тут Шест охнул, его рука выпала из моей, а глаза закатились. — Шест! — зарычала я, ухватив его за воротник. Мои внутренности словно скрутило колючей проволокой. — Кого? Кого забрал Саррен? Кого ты вывел из башни? Кого?

— Зика, — прошептал Шест, и мир вокруг меня раскололся на тысячу кусков. — Я отвел к нему Зика. Он… теперь у Саррена.

— Сукин сын, — рыкнул кто-то позади меня, должно быть Шакал, но я уже ничего не соображала. Я смотрела на это лежащее передо мной… существо, на создание, которое я когда-то считала человеком.

— Он сказал… ты знаешь… где его искать. — Я почти не слушала. Саррен и Зик. Зик все это время был у Саррена. — Он сказал… что они будут там, где вы с ним расстались… частично.

Больница. Саррен будет в старой больнице. И Зик будет с ним. Живой. Он должен быть жив.

— Я просто… хотел, чтобы ты меня заметила, — умоляюще продолжал Шест. — Я… хотел, чтобы ты поняла… что я не никчемный. Что я… могу быть сильным, как ты. Я хотел, чтобы ты меня увидела, вот и все. Меня… настоящего.

— Я вижу. — Ничего не чувствуя, я отошла от его койки. — Теперь я вижу тебя настоящего.

— Элли…

— Будь ты проклят, Шест, — прошептала я и отвернулась.

Шест захрипел, схватил меня за локоть, но я вырвалась и направилась к выходу. У дверей меня остановил Кэнин, лицо его было мрачно — и я оглянулась. Шест откинулся на подушку, водянисто-голубые глаза бессмысленно уставились в потолок. Бледная рука свесилась с кровати.

Я ничего не почувствовала. Это был не друг, даже не знакомый. Это был чужак. Развернувшись, я вышла из комнаты, оставив позади мертвое тело того, кого когда-то знала.

— Эллисон!

Громовой голос Кэнина остановил меня у дверей лифта. Мой господин почти никогда не срывался на крик, но, когда это все же случалось, звуковая волна либо сшибала тебя с ног, либо заставляла замереть на месте. Я обернулась — Кэнин с каменным лицом шел ко мне.