Книга Охотник, страница 86 – Алекс Гор

* * *

Небольшого роста человек, носивший гордое аристократическое имя граф Флориан Ар-Хейм, задумчиво восседал в самых богато отделанных апартаментах «Дунбара», в которых уже давно успел разместиться. Лет пятидесяти на вид, хотя истинный возраст давно перевалил за полтора века. Омолаживающие курсы в лучших клиниках, работающих на аграфских методиках и регенерин делали своё дело — кожа была достаточно гладкой, почти без морщин, но под ней чувствовалась легкая дряблость. Тело, когда-то накачанное дорогими имплантами, теперь обвисло, потеряв упругость. Жир мягкими валиками лежал на боках и под подбородком, создавая эффект перезрелого плода, который вот-вот лопнет. Пальцы — короткие, пухлые, с тщательно ухоженными ногтями — постоянно теребили то перстень с огромным камнем, то край дорогого халата, в который он был облачён.

Глаза — это было, наверное, самое отвратительное в нём. Бледно-голубые, водянистые, с воспалёнными веками — следствие постоянного недосыпа, алкоголя и бесконечной череды разнообразных развлечений. Они смотрели на мир с лёгкой брезгливостью, как на что-то недостойное внимания, но в то же время цепко выхватывали детали: цену вещей, истинный статус собеседника, слабости окружающих. Когда он злился, в этих глазах появлялись безумные искорки, пугающие окружающих.

Он пил. Много, часто и дорого. На столике рядом с его креслом всегда стоял наполовину опустошенный графин, и бокал с остатками тёмно-янтарной жидкости. Его пальцы сжимали сосуд с такой же жадностью, с какой он старался получить всё что ему нравилось в своей жизни.

Голос у Флориана был неожиданно звонким для такого одутловатого тела — высоким, немного гнусавым, с выработанными долгой практикой повелительными нотами. Он не говорил, он приказывал. Даже когда этот аристократ задавал вопросы, они звучали как требования. Он никогда не извинялся, не благодарил и старался не произносить пустых слов, потому как искренне считал, что всё, что он говорит, имеет цену или цель. Всё в нём кричало о деньгах, статусе и полном отсутствии вкуса, хотя наверняка у него имелся не один десяток, а то сотен специалистов, которые могли бы исправить ситуацию.

Периодически он, разумеется, устраивал медикаментозное избавление своего тела от лишнего жира, но вскоре этот беспощадный враг вновь отвоёвывал свои позиции, поэтому смотрелся этот влиятельный человек, занимавший далеко не последнее место в Империи Аратан слегка грузным и одутловатым.

К моменту, когда, запросив разрешение, к нему в каюту вошёл Люций Хван — куратор мероприятия, за которое аристократ, в очередной раз решивший пощекотать себе нервы, отвалил просто немыслимую по меркам обычного обывателя Содружества сумму, тот, ради которого и затевалось всё это баснословно дорогое мероприятие, успел влить в свою бездонную утробу уже четвёртый бокал коллинарского бренди, славящегося своим коварным характером. Употреблять этот напиток было уделом узкого числа высших представителей элиты. Он пился легко, немного затуманивал сознание, но в то же время позволял не терять рассудок. К тому же биологическая нейросеть, установленная мужчине, вкупе с полным комплектом имплантов могла с лёгкостью в течение пяти-семи минут (в зависимости от тяжести интоксикации) полностью расщепить напиток на составляющие и сделать своего носителя практически трезвым.