Книга Еда и патроны. Ренегат, страница 277 – Артем Мичурин

— Хорошие колеса, – неожиданно прервав размышления, подал голос заскучавший Коллекционер. – Из чего собрали?

— Что? – не расслышал из–за шума майор.

— Из чего броневик собрали, спрашиваю.

— Это заводской.

— Не понял.

— Заводской, говорю, броневик. На заводе его собирали.

— Да ладно, – хохотнул Коллекционер. – На каком еще заводе?

— На Камском автомобилестроительном.

Охотник ненадолго замолчал, переваривая полученную информацию, но, так и не усвоив, пихнул локтем Стаса:

— Слышь, майор говорит, что на Каме завод автомобильный построили. Как тебе? Жизнь–то на месте не стоит, оказывается. Скоро, наверное, и поезда курсировать начнут.

— Прекратите балаган, – скомандовал Вихров. – Этот КамАЗ построили в две тысячи десятом году, если так уж интересно. Пять лет назад его расконсервировали.

— Ни хрена себе, – присвистнул Коллекционер и стукнул по броне костяшками пальцев. – Крепкая машина.

— У нас хорошая ремонтная база, – пояснил майор, не скрывая раздражения.

— Может, и потяжелее чего есть?

— Это закрытая информация.

Тон последнего высказывания ясно дал понять, что разговор окончен.

Ехали долго. Относительно ровная дорога сменилась ухабами, затем снова разгладилась, но лишь на время. Никакие внешние звуки, способные дать хотя бы примерное представление о маршруте, в наполненный гулом двигателя броневик не проникали. Стас пытался вести хронометраж, но на втором десятке отсчитанных минут бросил это дело – из–за рваного темпа определить расстояние по времени все равно не представлялось возможным.

Наконец машина сбросила скорость и медленно пошла накатом.

— Мешки не снимать, если жить хотите, – любезно предупредил майор.

Снаружи, предположительно впереди, послышались гул и скрежет, завершившиеся резким звуком соприкосновения тяжелых металлических конструкций. Броневик вздрогнул и продолжил движение, сильно накренившись вперед, будто ехал под гору, а звуки громоздкого механизма повторились в той же последовательности, но уже за кормой автомобиля.

— Где мы? – спросил Стас.

— На месте, – ответил майор, как только броневик остановился, и лязгнул ручкой люка. – Покинуть транспорт.

Стас с Коллекционером, кое–как ориентируясь на ощупь в изобилующей острыми углами темноте, отыскали выход. Подошвы звякнули набойками о бетон.

— Эй! Ко мне, – крикнул Вихров.

В ответ на такое самонадеянное обращение послышался быстро приближающийся топот ног и бряцание металла.

— Этих в карцер.

— Постойте, – запротестовал Стас. – Мы так не договаривались.

— Что за херня? – поддержал Коллекционер.

Но майор не ответил. Зато упершиеся в спину стволы вполне доходчиво разъяснили текущую диспозицию.

— Вперед, – скомандовал один из конвоиров и ткнул Стаса промеж лопаток для пущей ясности.

— Мешок снять можно? – спросил охотник, но, судя по звуку удара твердым о мягкое и приглушенному шипению, ответом остался неудовлетворен.

Эхо шагов, какое обычно бывает в просторных помещениях с высокими потолками, скоро затихло. Слегка рифленная поверхность с четко ощущаемыми неровностями на стыках плит сменилась под ногами сплошной и гладкой. Сквозь плотную ткань мешка запульсировал свет, каждые четыре метра разбавляя темноту легкими белыми всполохами.

Трижды мимо проходили люди, четко и уверенно печатая шаг. Но однажды, когда конвоир дал команду принять вправо, в коридоре послышался совсем не характерный топот. Что–то огромное двигалось навстречу неспешной тяжелой поступью. Шумно дыша, оно поравнялось с арестантами, засопело, будто принюхиваясь, издало низкое протяжное «Ммммм» и, фыркнув, пошло дальше.