Книга Повелитель Стихий. Том 1, страница 122 – Ярослав Сай, Сергей Полев

— Райс! Ты где!

Ответа не последовало, однако Райс нашлась быстро. Взрывной волной девушку отбросило к дальней стене, и теперь она лежала на боку среди каменного крошева — неподвижная, с рассыпавшимися по лицу рыжими прядями. Внутри неприятно кольнуло.

Присел рядом, прикладывая пальцы к шее. Пульс был — ровный, уверенный. Грудная клетка мерно поднималась и опускалась. Просто без сознания.

Живучая. Впрочем, чему я удивляюсь — эта рыжая пережила сегодня столько, что хватило бы на десяток обычных искателей.

Быстрый осмотр ничего страшного не выявил. Пара ссадин, наливающаяся на скуле гематома, обожжённые кончики волос. Одежда превратилась в лохмотья, но по большей части ещё держалась. Главной проблемой было банальное истощение — и физическое, и стихийное. Девушка выжала из своего сопряжения всё до последней капли, а такое не проходит бесследно.

Ничего. Отоспится — будет как новенькая.

Я уже собрался поднять её на руки, когда вовремя вспомнил об одной маленькой детали.

Глаза.

Не знаю зачем, но всё же достал из внутреннего кармана кулон с крошечным зеркальцев, хотя и так понимал, какую картинку там увижу. Ничего нового — оттуда на меня уставился незнакомец с абсолютно безумным взглядом — белки глаз сияли ровным голубым светом, а сеть выступивших сосудов расползлась до самых висков. В полумраке пещеры я походил на восставшего мертвеца из дешёвых страшилок.

Да уж. Увидь Райс такую картину — и даже не знаю, стала бы она меня хоть слушать.

Флакончик с каплями обнаружился там же, во внутреннем кармане. Запрокинул голову, выдавил по паре капель в каждый глаз и, проморгавшись, вновь сверился с зеркальцем. Сияние медленно угасало, сосуды прятались под кожу. Через несколько минут на меня смотрело привычное, хоть и порядком осунувшееся лицо.

Вот теперь можно было заняться делами.

Первым делом прошёлся по пещере, собирая разлетевшиеся кинжалы. Четыре нашлись быстро, пятый пришлось выковыривать из ледяной статуи, в которую превратился один из бойцов Старба. Лезвие вышло с противным хрустом, а я поймал себя на мысли, что даже и не помню, когда успел его метнуть.

Сами статуи решил не трогать. Наверняка на телах осталось немало ценного — артефакты, осколки, оружие. Но лёд сковал их намертво, сил на ковыряние не осталось от слова совсем, а главное — с каждой минутой во мне росло глухое желание убраться отсюда как можно быстрее.

Единственное исключение хотел сделать для Старба. Но, постояв немного перед заиндевевшей фигурой с застывшим на лице недоумением, лишь махнул рукой. Пусть красавчик забирает свои побрякушки с собой. Щедрость победителя.

Оставался последний, самый главный пункт.

Цветок Слёз встретил меня всё тем же едва заметным серебристым свечением. Правда, стоило подняться на постамент, как трава вновь принялось за старое: сияние усилилось, расстояние до цели стало издевательски расти, а по кругу закружились полупрозрачные копии.

— Хватит, — устало сказал я вслух. — Оба же знаем, чем всё закончится.

Цветок, разумеется, не ответил. Прикрыл глаза, отсекая иллюзии, и повёл вперёд нить воли. Прозрачная змейка, не обращая ни малейшего внимания на световые фокусы, уверенно обвилась вокруг короткого стебля.

Шаг, ещё шаг. Присел, нащупал пальцами прохладный стебель и одним движением ножа срезал его под самый корень.