Книга Вечно голодный студент 10, страница 129 – RedDetonator

— Что это? — спросил Мотор.

— Сейчас всё поймёте, товарищ полковник, — ответил ему Ронин и включил воспроизведение.

Я не стал вслушиваться и всматриваться, потому что видел этот ролик уже десяток раз — Проф говорит тот же текст, но видеоряд уже другой, более актуальный.

Показывают нашу огромную теплицу, выдающую невообразимую массу продовольствия, демонстрируют городские улицы с восстановленной инфраструктурой, ездящие по улицам машины, праздно шатающихся прохожих, бары, рестораны, кафе, кинотеатры, больницы, НИИ КД, работающую ГЭС, стену, Армию Фронтира с бронетехникой и авиацией, ну и прочие блага цивилизации, недоступные практически больше нигде.

Полковник просмотрел видео с каменным выражением лица.

— Хорошо устроились, у ГЭС, — произнёс он. — Какова численность населения вашего Волгограда?

— Около трёхсот тысяч, — ответил Ронин. — Точными данными я не владею, потому что данные быстро устаревают — ежедневно в город прибывают сотни и тысячи людей.

— Хм… — хмыкнул Мотор и вытащил из кармана кителя портсигар. — И чего вы хотите от нас?

— Да ничего, — ответил Ронин, пожав плечами. — Теперь, в свете открывшихся обстоятельств, нам нужно наладить связь и взаимодействие — причин воевать у нас нет, но мы можем сотрудничать. Если вам нужна какая-то помощь — мы поможем.

— Я хотел бы зайти к себе домой, — добавил я. — Нужно забрать кое-какие личные вещи.

— То есть, вы не собираетесь оставаться? — спросил Мотор.

— Нет, не собираемся, — ответил Ронин. — Нас отправили с конкретным заданием и оно, судя по всему, выполнено. Единственное — нам нужно узнать о состоянии добычи угля и металлургических производств.

— Как вы собираетесь вывозить продукцию, даже если бы у нас что-то работало? — сразу спросил Мотор.

— Никак, — ответил Ронин. — Нам нужно лишь узнать — всё это понадобится в далёком будущем, когда будет восстановлено железнодорожное сообщение. Путь в Новокузнецк неблизкий, поэтому будет это очень и очень нескоро, но будет. И альтернатив Кузбассу в России просто нет — в других местах добычу коксующегося угля наладить мы не то, чтобы не сможем… просто тут это будет гораздо быстрее.

— Амбиции у вас — закачаешься… — изрёк майор Липчин.

— Они обоснованы, — произнёс Ронин и вновь взялся за планшет. — У нас идёт полномасштабная война, в которой мы, пока что, побеждаем. Смотрите.

Это сугубо пропагандистский ролик, предназначенный для внутренней аудитории: в нём повествуется о ходе Ирано-фронтирской войны, с многочисленными общими кадрами полей сражений, ударами дронов-камикадзе, танковыми наступлениями и артобстрелами.

Эта война — это очень дорогое удовольствие, на которую мы тратим не только невосполнимые ресурсы, но и невосполнимые людские жизни. И было бы грешно не использовать для обоснования этих затрат пропаганду.

На кадрах несколько раз мелькал и я, но самым ярким, лично для меня, стал момент, где меня взрывает дрон — получилось зрелищно, поэтому это включили в ролик. Моё мнение по этому поводу никого, конечно же, не взволновало…

— М-да… — изрёк полковник. — Стоило оно того? Ради освобождения одного человека затевать войну…

— Это было не только ради этого, — возразил ему Фазан. — Режим шахиншаха — это очень паршивый знак. Он был опасен, мог угрожать нам в будущем, но теперь уже не может.