Книга Вечно голодный студент 10, страница 139 – RedDetonator

— А этот шахиншах — где он сейчас? — поинтересовался Ананас.

— В Багдаде сидит, — ответил Щека. — Ух, я его достану, блядь, эту шаловливую сученьку…

— Да, надо, — произнёс Ананас, выдохнув табачный дым. — Такую хуету спускать нельзя — это позор нашему знамени, бля. Вот послушал я вас и захотелось мне тоже в этот движ.

— Мотор не отпустит, — покачав головой, сказал Таблеткин.

— Теперь понятно, откуда у вас такие конские уровни… — покивав, изрёк Ананас, проигнорировав слова Таблеткина. — Вы же ебашитесь почти непрерывно — наверное, места у вас такие…

Наши высокие левелы — это своего рода аномалия, потому что тут нет никого, кто поднялся выше 180-го. Прокачка не идёт, рисковать никто не горит желанием, потому что гибель сильного КДшника — это угроза всему Новокузнецку, а это значит, что действуют тут все максимально сейвово.

Ну и Фронтир может себе позволить подставлять КДшников под риск, а Новокузнецк не может, так как КДшников едва хватает, чтобы прокормить всё население.

— Так ты, получается, не оставил намерения завалить шахиншаха? — спросил Таблеткин.

— Если появится возможность, будь уверен — я не подкачаю… — ответил я.

— А Европа что? — спросил Ананас. — Вы как-то вскользь упомянули, что там кто-то живёт и торгует, то есть, торговал с шахиншахом.

— Да там пизда, родной, — заявил Щека. — Европа загнивает — старые центры власти разрушены, поэтому каждый сам себе хозяин. И теперь там у каждой кочки свой законно избранный король или герцог. Я думаю, с нею проблем у нас не будет — не в ближайшие десятилетия, если быть точнее.

По сути, европейцы сами проделали за нас всю работу — в любом случае, с нею нужно было бы что-то делать, а так, там тот же феодализм, что сейчас в Иране и части Ирака.

— А ядерные ракеты? — спросил Таблеткин. — Что, если кто-то…

— Да пизда уже всем ракетам, — перебив его, ответил подошедший Фазан. — Ох, бля, какие люди, нахуй! Ананас, ёбаный насос! Таблеткин, ебать-перекопать!

— О-о-о! — протянул обрадовавшийся Ананас. — Фазан, явился — не запылился, бля!

— Фазан! — воскликнул Таблеткин. — Ха-ха! Иди сюда, дорогой!

Они пообнимались, а затем Фазан сел на свободное место и положил себе на колени дипломат.

— Чего это у тебя там? — спросила Фура.

— Да так, памятные вещички, — ответил он. — Документы мои, отцовские медали и ордена, ну и фотографии родных. Кто, кроме меня, теперь вспомнит мать и отца?

— Да… — произнёс Щека. — Не знал, что ты такой ностальгичный, дядя.

— Сам-то, небось, аниме всякое в рюкзак понапихал? — спросил у него Фазан.

— Вернёмся во Фронтир — я покажу тебе, что я напихал, хе-хе! — ответил ему Щека.

Лапша чуть наклонилась ко мне.

— Терабайты порнухи… — шепнул я ей.

— А-а-а… — ответила она. — Типичный Щека…

К беседке подошёл Ронин.

— Товарищи КДшники — времени на отдых нет, поэтому складируйте личные вещи в ТРЦ и готовьтесь к боевому выходу, — сказал он. — И поживее — вражеские силы обнаружены среди холмов!

Примечания:

1 — Пикантный Пудж в образе Данаи —

* Российская Федерация, Кемеровская область, город Междуреченск, 9 февраля 2029 года*

— Всё, дальше сами, — сказал Ананас, остановив «Буханку». — Давайте, удачной охоты, так сказать.

— Давай-давай, Ананас! — ответил ему Щека и выбрался из салона.