Книга Вечно голодный студент 9, страница 83 – RedDetonator

Беру разгон и мчу к топливному терминалу, в глубине души надеясь, что Фортуна снова улыбнётся мне своей щербатой улыбкой, и я найду этот океанический буксир.

По дороге вижу просто дохрена морских контейнеров, в которых должно быть просто охренительно много всяких вечных духовных ценностей, например, зерна или риса. Галаго ведь, как я понимаю, не могут открывать контейнеры, поэтому только царапают их своими коготками, в тщетных попытках духовно обогатиться…

Наконец, я добираюсь до топливного терминала и замечаю какую-то пятнистую мразь, сидящую на топливной цистерне.

Эта пятнистая мразь относится к категории кошачьих, обладает набором длинных серпообразных когтей, а также частичным бронированием в виде толстых пластин из ороговевшей кожи. Мой намётанный глаз определил, что эта тварь весит не менее двухсот килограммов, то есть, опасна, но не так, как иные бегемотики.

Мразь поднялась на все четыре лапы и сразу же совершила бросок, прямо с цистерны.

Выхватываю из перевязи саблю и делаю рывок в сторону. Мразь пролетает мимо, а затем я наношу ей удар по горбу, рассекая нахрен наспинную пластину и пуская кровь.

Зверюга яростно заревела и резко развернулась, с намерением зацепить меня левой лапой за ногу, но я отставил целевую ногу, а затем нанёс рубящий удар саблей по выброшенной лапе, отделив её от туловища.

Мразь сразу же отскочила, а затем развернулась и бросилась в бегство, неловко переставляя три лапы и болезненно ревя.

Я не стал её преследовать, но подобрал лапу. Краем глаза замечаю движение, но это оказываются двое разведчиков-галаго, которые бросились в спринт на всех четырёх.

Пожимаю плечами, закидываю лапу в рюкзак и продолжаю свой путь к причалу топливного терминала.

— Ага… — произнёс я, увидев какой-то буксир.

Судя по форме корпуса, это совсем другой тип буксира — форма у него более обтекаемая, специально предназначенная для противодействия волнам. Да, это он.

— Да-а-а!!! — заорал я радостно. — У кого большие яйца⁈ У меня большие яйца!

Забегаю на палубу океанического буксира и начинаю оценивать его состояние. Никто не вырывал из него никакие детали, всё на месте, рубка заперта, но это не беда, а ещё, как я понимаю, его собирались заправлять дизелем, но не успели. Или успели — надо смотреть.

В общем-то, буксир точно простоял тут с самого начала зоошизы и на его борт никто не поднимался.

— Плохо так говорить, но я рад, что Момбаса умерла быстро! — воскликнул я и погладил буксир по корпусу.

Вообще, если смотреть с точки зрения холодного гуманизма, то Момбасе повезло, так как в Могадишо был настоящий трэш, форменный пиздец и неповторимый угар. Два миллиона населения умирали медленно и мучительно, предавая, обманывая, грабя и убивая друг друга, опускаясь до каннибализма и рабовладения.

Мне кажется, что чем переживать такое…

«И ведь у Могадишо не было никаких шансов», — подумал я. — «Мои залётные выжили только потому, что их кормили человечиной — это же дичь. А остальные умерли, и их смерть была предначертана самой Фортуной».

Потусовавшись на палубе буксира ещё пару минут, в течение которых я упивался триумфом, направился обратно к броневагону.

«Мою бронемалышку придётся оставить, если с буксиром всё сложится», — подумал я с сожалением. — «Жаль. Я уже так привязался к ней… Но если любишь — отпусти…»