Онлайн книга «Вечно голодный студент 7»
|
Судя по некоторым признакам, а конкретно, по наличию на кистях мёртвого челика недокументированных отверстий, вероятно, предназначенных для выпуска каких-нибудь шипов или метания ядовитой жижи, это КДшник. У него из левой руки так и торчит единственная игла, которая, наверняка, перевела его в категорию трапезы Ёжика — этот игольчатый пидарас был крайне опасным… Пропускаю гнездо и поднимаюсь на второй этаж, где занимаю мезонин, в котором ложусь на запыленный диван. Сразу же наступает невиданное облегчение… Время до полного прекращения жизненных функций — 43 минуты 38 секунд. — Фёфафы ф фоф! — воскликнул я и вскочил с дивана. Таймер резко исчез. «Может, это был глюк от токсина?» — предположил я и вновь лёг на диван. Очень сильно хочется расслабиться, потому что я, честно говоря, заебался… Время до полного прекращения жизненных функций — 42 минуты 12 секунд. — Дф фёф фою маф! — выкрикнул я и вновь вскочил на ноги. — А-а-а!!! Глава двадцать первая Прекращение жизненных функций *Туркменистан, Балканский велаят, город Туркменбаши, 7 января 2028 года* Время до полного прекращения жизненных функций — 26 минут 39 секунд. «Да иду я, иду!» — подумал я, погружаясь в пучину панички. Мною замечена закономерность — если не двигаться, то организм начинает угасать и нейротоксин берёт своё, сокращая время таймера. Из-за этого я активно бегаю по территории судостроительного завода, пью много воды и занимаюсь лёгким селфхармом, чтобы пробудить засыпающий организм. До завершения форсдетокса осталось ещё сорок минут, поэтому всё выглядит так, будто я проигрываю эту гонку за жизнь, но это только выглядит — когда я разгоняюсь до максимальной скорости, таймер отключается и это, я смею надеяться, реальное отключение, а не переход в скрытый режим… — Фука! — выкрикнул я, споткнувшись об стапель и покатившись кубарем. Зрение затуманилось, поэтому я почти ничего не вижу, запасённые калории тают на глазах, а мышцы напрягаются, из-за чего форсреген и форсдетокс замедляются. Это порочный круг, в котором я не могу остановиться, так как это ускорит нейротоксин, но мне нужно остановиться, потому что активность замедляет регенерацию… «Какая же тупая смерть», — подумал я с отчаянием и посмотрел на тушу Ёжика. — «Я же победил тебя, говна ты кусок! Это нечестно!» Продолжаю бег, но сознание продолжает мутнеть. Тут мне приходит в голову гениальная идея, которая должна была прийти ко мне гораздо раньше — нейротоксин ведь в ране! Решительно достаю нож и рассекаю им свою щеку. Форсреген, естественно, продлился на двадцать с лишним минут, но я вообще не почувствовал боли. Бегом возвращаюсь в здание завода и поднимаюсь в мезонин, где подбегаю к зеркалу и рассматриваю ранение. Переключаюсь на УФ-зрение и всматриваюсь в рану. Да, что и требовалось доказать — в крови находятся очень мелкие инородные предметы. Снимаю с пояса фляжку и начинаю промывать рану. Вообще не чувствую, как вода попадает на повреждённую плоть, но вижу, как кровь смывается, и инородные предметы вымываются вместе с ней. Мне показалось мало этого, поэтому я перехватываю нож и начинаю отрезать от себя щеку. Это выглядит жутко, но, из-за очень мощного обезболивающего эффекта нейротоксина, я не чувствую почти ничего. Кусок моей щеки был отрезан и отброшен в раковину, а я замер. |