Книга Вечно голодный студент 5, страница 149 – RedDetonator

В общем, я пребываю в состоянии полной неопределённости — нет у меня однозначного мнения, что лучше, а что хуже.

А это значит, что похуй, какой вариант выбран — они оба одинаково хуёвые и не сулят нам ничего хорошего.

Мы будем убивать, кто-то из нас может умереть, но итог операции предопределит исход этой блядской войны, а это самое главное.

Когда-то давно Пиджак тоже накатил на нас, но после череды провалов был вынужден срочно бежать, так как не выдержал «общественного недовольства».

У Брома система управления налажена лучше, поэтому неудачами на фронте его положение не пошатнуть, но у всех современных «государств» есть общая уязвимость — лидер.

Даже у нас, если сейчас грохнуть или похитить Профа, всё, с высокой вероятностью, посыплется к чертям. Только потому, что Проф — это символ Фронтира и высшее лицо, отдающее приказы.

Я вот, например, до сих пор не знаю, как бы я воспринял, стань нашим новым лидером, например, Щека — он мой друг, я без понятия, как бы я мог жить без него, но он с ебанцой и в качестве лидера серьёзной организации покажет себя крайне хреново.

Это острая проблема и никто не знает, как её решать. Наверное, никак.

Совет какой-нибудь учредить, как раньше предлагал Проф — он этого, почему-то, больше не предлагает…

Невольно вспоминаю слова Гали, во время нашего последнего разговора — тоже не знаю, как к ним относиться, но уже вижу, что рациональное зернышко в них есть.

Пиджак крутится где-то поблизости с Профом, Борода уже намылился переезжать в Волгоград, а Меченый только сегодня утром уехал обратно в Ростов — приезжал с «деловым визитом».

На серьёзное планирование никого из этих «князьков» не пускают, но Профу уже нормально, когда Пиджак сидит по его правую руку во время заседаний по гражданским вопросам.

То есть, язык Пиджака уже опасно близко к жопе Профа — Галя описала явление, в целом, верно.

«Она была умной женщиной», — подумал я, глядя в небеса. — «Во всяком случае, понимала в этой жизни куда больше, чем понимаю я».

— Всё, блядь!!! — крикнул Фазан, выглянув из кабины. — Все на борт, блядь!!!

*Российская Федерация, Тамбовская область, в небе над селом Волхонщина, 4 октября 2027 года*

— Уже садимся⁈ — спросил я, заглянув в кабину пилота.

Мы даём какие-то странные круги, судя по ощущениям, поэтому я решил спросить, чтобы знать наверняка.

— Ты нахуй сюда пришёл, Студик⁈ — выпучив глаза, спросил меня Фазан. — Садись на своё место и пристегнись, блядь! На дороге какая-то хуйня разбросана! Будем садиться в поле! Бегом, нахуй!

Возвращаюсь в пассажирский отсек и сажусь на своё место.

— Что говорит⁈ — спросил Щека.

— Послал нахуй! — ответил я. — И сказал, что на трассу садиться не будем, так как там какая-то хуйня разбросана!

— А-а-а, ладно! — сказал Щека.

— Пристегнись! — приказал я. — Всем пристегнуться! Будем садиться в поле!

Все остальные сразу же попристёгивались.

Раньше в пассажирском салоне были относительно удобные кресла — по словам Фазана, это был самопал, типа, колхозного тюнинга, для комфорта пассажиров.

Но затем мы демонтировали все кресла и срезали крепления для них, ради экономии веса.

Потом в салон вернули эти ебучие алюминиевые лавки с ремнями — неудобно, зато не весит почти нихрена.

А ещё специалисты Фазана ободрали нахрен внутреннюю обшивку и теплоизоляцию, чтобы дополнительно облегчить самолёт.