Онлайн книга «Вечно голодный студент 4»
|
Гормональная стабильность: Абсолютная стабилизация эндокринной системы предотвращает переутомление, снижая риск мышечных спазмов, истощения или гормональных сбоев на 90%. Повторный стресс подобного генеза усиливает эффект, повышая общую выносливость на 40–50% в долгосрочной перспективе. Иммунитет к перегрузкам: Ткани мгновенно адаптируются к повторным физическим, химическим и термическим воздействиям, минимизируя микротравмы, ускоряя естественное восстановление в 3–4 раза и пассивно нейтрализуя биотоксины. Пассивная регенерация: Оптимизированное заживление микротравм с минимальным расходом калорий, с 50% ускорением восстановления после умеренных ранений. Болевая резистентность: Снижение восприятия боли на 70–80% за счёт эндорфиновых буферов, позволяющее игнорировать дискомфорт в бою и продолжать действия на пике производительности. Расход: Нет. — Ну, капец, — произнёс я. — Это круто, бро! Это прямо охуеть как круто! — Знаю, — кивнул Щека. — Зацени, кстати… Он вытащил из кармана нож и аккуратно надрезал себе ладонь. По линии разреза просочилась кровь, но почти сразу началась регенерация, которая прекратила кровотечение, а затем медленно стянула рану. Спустя пару минут на ладони не осталось и следа. — Охуеть, — произнёс я. — Да ты теперь Дэдпул! — Жаль, что с более серьёзными ранами не работает… — сказал на это Щека. — Пулевые отверстия всё также требуют форсрегена, но он, будто бы, стал чуть дешевле. — Ты уже и стрельнуть в себя успел? — спросил я с неодобрением. — А как ещё проверить-то⁈ — воскликнул он. — Стрельнул себе в ногу из ПМ — потерял немного крови, но зато удостоверился, что у регенерации есть границы. Теперь буду знать свои пределы. Я обратился к телефону. — Там же написано русским по белому, что регенерация касается только микротравм, — поднял взгляд на Щеку. — А кто знает, что интерфейс понимает под микротравмами? — задал он резонный вопрос. — Теперь я знаю, что он понимает под этим неглубокие порезы и ссадины. — Всё равно, это прямо имба, — улыбнулся я. — Я рад за тебя просто капец, бро! — Спасибо, братан, — кивнул Щека, а затем посмотрел на свою мобилу. — Надо и остальным скинуть. — Не, это просто крутотень, блин… — произнёс я, вновь перечитывая описание. — А это усилок твоей пассивки? Выбор был? — Был выбор, да, — подтвердил Щека. — Но я не стал выбирать новую, потому что раз в пятьдесят левелов — это как-то дохуя долго. — Логично, — согласился я с ним. — Эх, теперь у тебя аим (1) стал ещё жёстче… — Да я уже затестил! — сказал он на это. — За нами увязалась стая ворон — выбил восемь из двенадцати, не останавливая машину! На скорости восемьдесят шесть километров в час! А ведь будь у него такая стата в тот день, когда нас чуть не трахнул Ми-35… — Если бы я имел такие возможности тогда, когда на нас ломился Ми-35-й, блядь… — произнёс Щека мечтательно. — Только что тоже подумал об этом, — улыбнулся я. — Это минтайная связь, бро, ха-ха-ха! — засмеялся Щека, а затем посерьёзнел. — В следующий раз он от меня не уйдёт — я положу эту пидарасину с очереди! — Вряд ли они ещё раз пустят на нас ударный вертолёт, — сказал я с сомнением. — Сбивание ПТУР из пулемёта, я думаю, очень многое им сказало. — Я всё равно буду ждать того дня, — произнёс Щека. — Как же я их трахну… |