Книга Вечно голодный студент 3, страница 104 – RedDetonator

Наконец, пройдя по замысловатому маршруту, вне поля зрения редких патрулей, добираюсь до состава с бронетехникой и боеприпасами.

Боеприпасы тут точно есть, потому что их, явно, выгружали до наступления ночи. Штабеля ящиков со снарядами и патронами стоят на земле и ждут завтрашнего дня. Наверняка, они перетащили часть ящиков в здание вокзала, ведь это самое очевидное место, в котором можно хранить некоторое количество взрывоопасного груза…

«Блин, надо бы, под самый конец, проникнуть туда и заложить хотя бы пару зарядов на какие-нибудь снаряды», — подумал я, прячась в тени вагона.

Дверь его задвинута не до конца, поэтому я сразу же обнаруживаю, что внутри стоят ещё много ящиков. Маркировка указывает мне, что это снаряды калибра 122 миллиметра.

Ронин говорил, что у противника есть неизвестное количество советских Д-74 — могут стрелять на 23 километра. Но скоро не смогут…

Забираюсь в вагон и устанавливаю тротиловую шашку в один из ящиков со снарядами. Я выставил время на взрывателях — через час тут ебанёт так, что половина Волгоградской области всё узнает и всё поймёт.

Выглядываю из вагона и вижу, как вдоль него идёт группа патрульных. Скрываюсь в темноте и готовлю ПСС. На всякий случай.

Но патрульные не замечают ничего подозрительного и проходят дальше, к началу состава.

Выжидаю несколько минут, осматриваюсь по сторонам и покидаю вагон.

Смысла минировать ближайшие вагоны нет, потому что взрыв этих снарядов инициирует подрыв всего, что находится в ближайших вагонах, поэтому прохожу дальше, к танкам.

Это Т-72, накрытые брезентом. Лучше всего будет вывести из строя МТО, чтобы танк больше никуда и никогда не поехал. Предлагалась установка взрывчатки в стволы, чтобы вывести из строя орудия танков, но гораздо надёжнее выносить движки, ведь без ствола танк ехать может, а вот без движка или трансмиссии — нет. И починить их уже, увы, для ростовчан, не получится.

Залезаю под брезент и устанавливаю тротиловую шашку на днище, под трансмиссию. Этого должно хватить, чтобы нанести ущерб, который не устранить в полевых условиях.

Следующим на очереди был танк Т-64БВ, с которым я поступил аналогично.

Внутрь лезть, чтобы уничтожить наверняка, я не стал, потому что это слишком долго и шумно. Советские конструкторы ведь специально предусмотрели особую изъёбистость доступа до МТО, чтобы повысить противодиверсионную защищённость танка.

Далее я, с перерывом на проход патруля, «обслужил» ещё четыре танка и три БМП-1. Жаль, что не удастся захватить всю эту бронетехнику, ведь она бы сильно помогла нам в обороне города, но вариантов угона я просто не вижу. Да и не умею я водить ничего, кроме БМП — с танками справляться нас, почему-то, не учили.

«Интересно, кстати, почему…» — ненадолго задумался я, двигаясь к топливным цистернам.

А с цистернами всё просто — я отследил передвижение патруля, после чего начал закладку шашек на те цистерны, на которых есть знаки с пламенем и надписью «ЛВЖ». Это то, что нужно.

Всего расставил двенадцать шашек, а затем подумал, что надо вернуться к составу с техникой и боеприпасами, чтобы установить оставшиеся четыре шашки.

«Двадцать минут и тут начнётся ад на земле», — посмотрел я на часы. — «Нет, нахуй. Я уматываю».

Отказываюсь от плана усугубить ущерб и иду по маршруту на восток.