Книга В тени гегемона, страница 42 – Ольга Валль

— Как думаешь, насколько времени будет блокирован пассажирский космопорт? Я обещал нашим солдатам увольнительную на планете.

— Именно этот? Не меньше года. Но на другой стороне континента есть ещё один орбитальный лифт. Наши могут использовать его.

Фредерик молча смотрел на город:

— Знаешь, о чем я думаю, Волаз… Солдаты в увольнительную смогут спускаться на другом лифте, наши починенные корабли стартуют прямо с планеты, и лифт им не нужен. Но номинум дома Дэров во время приема предупредил тебя ни во что не вмешиваться.

— И он, наверняка, знал, что я передам тебе этот разговор.

— Я не верю в совпадения, Волаз.

— Думаешь, что космопорт взорвали специально, чтобы не дать улететь кому-то с планеты?

— Я слышал, что скоро сюда приедет канцлер с Ушвы и думаю, что террористов пригласили на Камиззен специально, чтобы… сорвать переговоры, настроить общественность… дать козырь одному из канцлеров. Не знаю, Волаз. Но я совершенно точно не хочу впутывать наш флот в эти политические игры.

— Будем чиниться побыстрее, чтобы отбыть отсюда пораньше?

— Именно так. Максимум, что мы можем, — доложить адмиралу в генштаб и рекомендовать прислать третью сторону. Пусть помогут им найти общий язык. Мы — нейтральная сторона и к политике не относимся никак.

— Ага, — ухмыльнулся Волаз. — Такая небольшая нейтральная сторона, которая может за полдня разбомбить обе планеты в нафиг и, не заметив, пойти дальше.

Дверь на террасу открылась.

— У нас гости? — Аатма вышла на балкон во всей красе. Черные кудри вьются в легком беспорядке, легкий макияж, гарнитур с крупными аквамаринами лежит на полуобнаженной груди, белый шелк халата струится при каждом шаге, распахиваясь ровно настолько, чтобы показать босую ножку.

Потрясение настолько явно отразилось на лице у Волаза, что певица рассмеялась.

— У тебя очень старательные подчиненные, — она чуть запахнула халат, прикрывая излишне открытую грудь. — Так рано, и уже с докладами.

— Это Эллим Волаз, мой друг, — представил помощника Фред, выделив последнее слово. — Ночью взорвали гражданский космопорт.

Аатма не торопясь дошла до столика и, изогнувшись, опустилась в третье кресло. Эллим выдохнул и сосредоточил взгляд на цветочном кусте за спиной певицы.

— Это ужасно, — вздохнула она и потянулась за фруктами, рукав спал на плечо, и она не стала поправлять. — Я могу дать благотворительный концерт. Все деньги с билетов пойдут на восстановление космопорта. А вы можете дать своих вояк, чтобы те быстрее построили новый космопорт. На моей родной планете солдаты часто работают на стройках.

— А вы деятельная натура, госпожа Кавальери, — хмыкнул Эллим, которого покоробило слово «вояки», и флер певицы начал потихоньку рассеиваться.

— Я не люблю вздыхать и плакать, господин Волаз, — певица резала грушу на тонкие кусочки и после этого впивалась острыми зубками. — Если я могу помочь, я помогаю.

Женщина доела фрукты и встала:

— Пойду в бассейн. Не буду мешать вашему совещанию.

Белый шелк скрылся за кустами, и Эллим кивнул Фредерику.

— У тебя снова самая роскошная женщина планеты.

— Судьба полусерпиота, — шутливо развел руками Фредерик. — Мы считаемся самым красивым «фипро» галактики, а в кителе я вообще неотразим. Они напрашиваются, я этим пользуюсь. Вернемся к делам.