Книга В тени гегемона, страница 82 – Ольга Валль

Руперт лениво отпирался, но послушно шел.

— Иначе совсем нельзя? — делал он слабые попытки откосить, не предполагая, что нужно сказать контр-адмиралу космического флота, чтобы тот начал есть, если твердо решил этого не делать. — Можно же капельницами кормить, внутривенно. Или зондом… Мне, я помню, вы такую штуку засовывали.

Доктор возмущенно запыхтел, напомнив недовольный чайник.

— Можно, конечно, — сказал он недобрым голосом. — По накатанной дорожке пойдем. Его уже так кормили, не церемонились. Все вены в дырках, нёбо рассажено, глотка. Только-только поджило. А мы заново… можно еще петельку на горло накинуть — и вперед. Галопом к выздоровлению.

Вагензайл поморщился.

Фредерика Тэра передали Боливару сразу по прибытию. Десантники каталку ждать не стали, подхватили реанимационную капсулу — и бегом по кораблю. Боливар как умел пересобрал раздробленные пальцы, тихо ругаясь, что и он не мастер по хирургии серпиотских рас, и пациента привезли поздно. Один палец точно спасти не получится: гангрена, мать ее! Прочие раны, несмотря на крайнюю болезненность, угрозы для жизни не представляли, но даже самый сильный организм за полторы недели непрерывной боли сдает позиции.

На первые сутки после операции Боливар Фредерика из реанимации не отпускал, вливал физраствор и держал на обезболивающих. Следующие двое суток пациент просто проспал. На третьи доктор начал потихоньку снижать седативные — Фредерик проснулся в сознании — и нате вам. Отказывается есть.

— Если больной не хочет жить, медицина бессильна, — настойчиво вещал доктор. — Я сначала думал, что это из-за руки: рассказал ему, что современные технологии сделают ему отрезанный палец не отличить от настоящего. Я все собрал, как надо, все кости, хрящи — все сохранил. Тебя в пример приводил с бионическим слухом. А тут просто палец, чистая органика. Любая клиника протезирования нарастит ему новенький за неделю, не отличит от настоящих. И стоит недорого. Он вообще не реагировал. Значит, не в этом дело.

— А в чем?

— Вот ты и разбирайся. Ты его из петли вытащил. Тебе поверить должен.

— Других забот у меня нет, — пробурчал Вагензайл.

Забот хватало.

Вагензайл понял, что сбежать не получится, и смирился. Хотя вот именно сейчас было совсем не вовремя. Всем штабом они расчертили этот проклятый квадрат на сектора и методично осматривали каждый астероид — никаких следов Де-Арси найти не удалось. Была дрейфующая хвостовая часть военного эсминца Д-класса. Специалисты из технической службы по-быстрому сгоняли в скафандрах на эти обломки и привезли результаты экспертизы: двигатель отстрелян на пиропатронах, а сделать такое можно только из центральной рубки. Значит, боя не было. Насколько давно тут дрейфует этот кусок металла, сказать нереально: космос же, ничего не портится. Может, день, а может, с Троянской войны. Версию, что корабль подбил «Одиссей», отмели сразу. Во-первых, капитан Де-Арси любого уболтает. А во-вторых, сейчас не война, чтоб из линкоров стрелять. Но даже если был бой, то легкий эсминец де-арсиному линкору на один чих. А линкора нет. И Де-Арси молчит. И с Ранезиром связь такая, что по входящей картинке не понятно: то ли Нарха тебе отвечает, то ли его ярки по пульту связи прыгают. А тут еще и контр-адмирал со своей голодовкой.