Книга Две консервы не желают нормально сдохнуть, страница 102 – Максим Бугаёв

— Так, а почему он в таком случае не обратился к своим? — вырвался у меня вполне закономерный вопрос.

Шип ухмыльнулся:

— Чудак ты человек! Это же работа для песчаников. Тебе пора уже научиться понимать, как тут всё устроено. Консорциум так просто на подобное глаза не закроет. Коммерческие перевозки и сопровождения это под крылом Песка.

До меня дошло, что именно он имеет в виду. Получается, в Омонимии разграничение сфер было жестким: определённая сфера влияния закреплена исключительно за гильдией. Банальные местные правила монополии на охранно-транспортные услуги. Коммерческие грузы без определённых отчислений Консорциуму Песка — табу. И тот факт, насколько строго придерживаются местные этого правила, означает только одно: Консорциум в этом городе далеко не на последнем месте. Хотя если здраво рассуждать, то песчаники объединены именно Консорциумом Песка во всех четырёх вольных городах. Следовательно, влияние этого синдиката распространяется далеко за пределы одной лишь Омонимии, фактически превращая его в единственного легального хозяина всех транспортных артерий региона.

Но даже с учётом всего вышесказанного мне всё равно не нравилась эта история. Всё выглядело как-то слишком уж гладко. Эти родственнички отправились в здание Консорциума Песка, чтобы сдать нашу добычу, и тут же нарисовался этот Пельмень, мгновенно подкинув нам работёнку. Вполне допускаю, что это не более чем совпадение… но душком от этого заказа несло весьма нездоровым.

— Вот поэтому, брат, я и против того, чтобы ты был лидером нашей группы! — напомнила о себе Роза, со стуком грохнув кулаком по столу. — Пельмень — то, Пельмень — сё, а ты и уши развесил! Мне тоже сразу не понравилось, что он сначала сделал предложение нам, а уже потом оформил официальную заявку. К тому же нам с тобой прекрасно известно, что он всю жизнь занимается рыбой. Так какого черта он тогда решил в этот раз везти мясо? Не похоже это на него, вообще не его сфера! Посмотри на Бочку — он с ходу заподозрил неладное.

— Остынь, малая. Не сгущай краски.

— Что значит — отсты… остынь?! — язык у девушки уже заметно повело, но глаза горели злостью. — Мы теперь подписались под задание, и назад дороги нет! Это ты поставил подпись, вообще не посоветовавшись с нами! Ладно, их не было рядом, но у меня-то хотя бы можно было спросить?!

— Роза, — начал закипать Шип, — тебе обязательно прямо сейчас всё нагнетать? Ты Пельменя знаешь так же хорошо, как и я! Так в чём проблема? Деньги сами плывут к нам в руки, с чего мы должны отказываться?

— Проблема как раз в этом: деньги сами в руки не плывут! — отрезала девушка. — В отличие от неприятностей. Сам знаешь, какое дерьмо обычно на поверхности плавает.

— Эй, может, вы двое уже угомонитесь и наконец расскажете, что именно от нас требуется? — надоело мне слушать эти семейные перепалки.

Мы вообще решили, что за поздним ужином обсудим завтрашнюю поездку. Но кроме того, что в шесть утра выдвигаемся и по какому маршруту поедем, больше мне ничего не удалось узнать.

— А я не согласна! — вдруг вмешалась Лидия, с торчащим изо рта салатным листом. — Что значит «Бочку себе заберёшь»?! Мне он тоже, знаешь ли, милочка, нужен для своих дел! Так что не раззевай роток на чужой корешок!

Ой-ё-ёй… Да тут и вторую уже повело. С такими «бойцами» мы завтра каши точно не сварим. Хорошенькое начало: с утра оба водителя будут с больной головой — это не к добру.