Книга Две консервы не желают нормально сдохнуть, страница 15 – Максим Бугаёв

Глянув на меня, Скворцова уныло и нервно усмехнулась:

— Ярик, нас направили на «Арену». Мы как чёртовы гладиаторы в Древнем Риме, только доспехи у нас немного отличаются, понимаешь? Теперь таким образом решаются все конфликты между Союзом и империалистами. Каррак — не просто материк на Марсе, это огромная арена с боевыми действиями. Это не война на выживание или до победного конца. На арене нет победы в том смысле слова, который нам понятен. Здесь всё штучное, одноразовое.

Я проснулся, но всё равно ничего не понимал из того, что говорила Лидия. Какая победа, какая арена, о чём она вообще толкует?

— Для начала успокойся, — присел я на кровать. — Попытайся объяснить с самого начала, что произошло? Что стало причиной твоего стресса? Отчего ты такая взволнованная?

Девушка запрокинула голову к потолку и нервно провела рукой по ещё не высохшим волосам. Судя по всему, она только недавно вышла из душа — но почему тогда её так трясет?

— Ярослав, нас достали вовсе не ради светлого будущего. Вот что я тебе хочу сказать, — очень серьёзно произнесла она, сжимая кулаки. — Здесь, на Марсе, происходит какое-то сумасшествие. Шоу для всех обитаемых миров. Каррак, можно сказать, — огромный колизей. Ты понимаешь, о чём я говорю?

Честно сказать, понятнее мне не стало ни на грамм. Арена, колизей, гладиаторы… всё это история, о которой можно говорить долго, но каким образом она связана с реальностью нынешних дней?

— Товарищ Лидия, соберитесь. Колизей, или Флавиев амфитеатр, известен тем, что использовался для зрелищных массовых мероприятий, — по памяти произнес я, — гладиаторских боев, травли диких животных, морских сражений и публичных казней.

— Вот именно, товарищ Бочкин! — как-то нехорошо округлила глаза девушка. — Метафора была мной подобрана неслучайно! Масштабная арена жесткой конкуренции, зрелищного противостояния, публичных боев, жестоких испытаний, где участники выступают на виду у публики, отдавая самое ценное, что у них есть, — свою жизнь!

Старший сержант Варта Лютая не любила тупиковые расклады. Поймав себя на глупой заминке, она замерла у потёртой двери кабинета товарища Краснова. В третий раз перелистала на планшете досье на «новобранцев» из восьмого ковчега и мысленно выругалась. Цифры и факты буквально обжигали пальцы, обнажая чужую служебную халатность — или чей-то очень грязный умысел. Хотя сама Варта была больше склонна списывать всё на банальный сбой системы.

По уставу следовало немедленно доложить наверх и закрыть вопрос: пусть с ним разбирается оперчасть. Но Варта слишком долго варилась в этой каше, чтобы питать иллюзии насчёт справедливости.

Если подобное вскроется, наверх потянутся ниточки, и у кого-то возникнут большие проблемы. Вот только этому «кому-то» явно не понравится инициатива того, кто выставил напоказ чужое грязное бельё. Независимо от срока давности ответственного за произошедшее найдут. Или назначат — что было гораздо ближе к правде. Лютая отлично понимала, что может случайно подставить не только товарища Колесина, но в первую очередь себя. Ей осталось дослужить всего ничего, и если маховик системы закрутится, она точно не выберется сухой из воды. О том, что удастся когда-нибудь покинуть Марс, можно будет и не мечтать. Причём это в самом лучшем случае.