Книга Две консервы не желают нормально сдохнуть, страница 7 – Максим Бугаёв

— Рядовой Бочкин! Рядовой Бочкин! — подошла вплотную товарищ старший сержант, крича чуть ли не мне в ухо. — Хватит в облаках летать, придите в сознание, товарищ Бочкин!

Заморгав, я вынырнул из своих мыслей и внимательно посмотрел на девушку… то есть на товарища старшего сержанта перед собой.

— Разрешите задать вопрос, товарищ старший сержант, — решил я прояснить некоторые моменты, которые вихрем крутились в голове.

— Запрещаю, товарищ рядовой, — отрезала она. — Все вопросы, жалобы и пожелания — только после прохождения медицинской комиссии, с результатами на руках.

С подобной логикой я был полностью согласен. Для начала стоило убедиться, что у меня с головой и телом всё в порядке, а то вдруг я думаю вовсе не о том или разум ещё пребывает в анабиозных галлюцинациях.

Одеться нам не дали, аргументировав это тем, что на данном этапе одежда не нужна, а температура вполне комфортна. Коридоры медицинского блока оказались на редкость узкими. Впереди меня шла товарищ Лидия, следуя прямиком за товарищем старшим сержантом, и её обнажённое тело пробуждало во мне бурю неведомых прежде эмоций. В голову лезли похабные мысли, совершенно недостойные приличного гражданина Союза. Как назло, я отчётливо понимал: если эти двое сейчас обернутся, я опозорюсь по полной программе. Мой организм приходил в сознание совсем не в том месте, где мне в данный момент хотелось бы.

И тут случилось непоправимое. Из рук старшего сержанта выпал планшет, и Лидия наклонилась, чтобы его поднять. Это был удар ниже пояса. Теперь мне уже никаким образом не избежать позора: у меня встал. Железобетонно, как монолит. От стыда захотелось провалиться сквозь пол. Причём моё замешательство мгновенно заметили впереди находящиеся товарищи, обернувшись на мой непроизвольно громкий выдох отчаянья.

Я смотрел на них, они — на меня. Причём старший сержант смотрела не мне в глаза, а чуть ниже пояса. Впрочем, как и товарищ Лидия. Закрыть эту катастрофу руками уже было физически невозможно, особенно в столь хорошо освещенном помещении.

— Рядовой Бочкин, отрадно видеть, что ваш организм работает исправно. Но в строю такую инициативу лучше сдерживать, — как ножом по нервам полоснула словами старший сержант.

А Лидия вообще никак не отреагировала: посмотрела на меня, мазнув безразличным взглядом, словно я был пустым местом. Теперь уж и не знаю, что хуже — насмешка или такое вот абсолютное равнодушие.

Медицинская комиссия оказалась совсем не такой, как я себе представлял. Мы просто зашли в небольшое стерильное помещение с пятью капсулами, в две из которых старший сержант приказала погрузиться.

Возникло опасение, что с нами опять начнут что-то делать без лишних слов. В принципе, так и вышло. Я получил с десяток колючих уколов. Особенно больно было от витаминов в задницу — два точных попадания, в левое и правое полушарие ягодиц. У меня даже слёзы из глаз брызнули. Кое-как, сцепив зубы по-мужски, я давил крик, чтобы не опозориться окончательно: находившаяся в соседней капсуле товарищ Лидия перенесла процедуру молча, даже не пикнув в отличие от меня.

После таких процедур эрекция пропала мгновенно. Уже было не до того. Я было подумал, что на этом всё окончено, но как же я ошибся, ожидая, пока створка капсулы откроется.