Книга Это твоя ошибка, дамочка-Бог, страница 132 – Максим Бугаёв

В общем показал я себя не с лучшей стороны. Гордиться там нечем. Его же дружки молча стояли и наблюдали.

Отойдя от этого мешка с дерьмом, беспамятно валявшегося у моих ног, я достал из кармана помятые сигареты и закурил. Откровенно признаться мне сейчас было даже самому от себя противно, но больше всего, я сейчас ненавидел Беера. Этот урод испортил только всё настроение. А между прочим, у меня на него тоже начали вырисовываться свои планы. Только вот он оказался беспросветным идиотом, не способным сделать элементарные выводы.

— Эй! — обратился к его кентам, которые под руки поднимали того с земли, — Сколько вы за смену получаете на всех в Камыше? О какой сумме хоть идет речь?

Высокий блондин со свежими ожогами на лице и на руках ответил за всех.

— Три малых серебренных на всех.

— За две смены?

— Да.

— Держи, — я сунул ему в руку полновесных два серебренных, — Когда вам надоест батрачить за копейки на рептилоидов, прийдите ко мне. Я живу возле центральной площади, в восточном направлении.

— А как мы тебя найдём? — вынырнул из-под руки тот самый шкет, которому я дал две сигареты.

Я только улыбнулся. Там будет маяк, вы его точно увидите.

Успел я как раз вовремя — со своей новой бригадой «ух». Двенадцать человек, то есть одиннадцать с половиной, хорошее подспорье в разгрузке. Но, как оказалось, спешил я домой напрасно.

Ромин с сыновьями, разгружая вещи у подъезда завидев приведённых мной помощников, наотрез от них отказались, чем меня немного удивили.

Вопрос был даже не в его отказе. В их поведении вместе с сыновьями — вот что меня озадачило. Теперь я увидел всё с немного другой стороны. Можно сказать даже, под другим углом.

То, как ко мне относились дворины, совершенно не означало, что они так же нормально воспринимали всех людов.

Это я с самого начала упустил из виду, хоть данный факт всегда лежал на поверхности. Прямо перед глазами. Меня это не коснулось, оттого я и не замечал столь разительной дискриминации.

Больше мешать я Ромину не стал. Хотят, пусть втроём пупы рвут, это их индивидуальное решение. Можно было всё списать на то, что они не хотели, чтобы к их личным вещам прикасался кто-то чужой, но в эти байки про фуфайки я и сам не верил.

Вернувшись к своим бойцам-молодцам после непродолжительной беседы с дворином, я сразу заметил, что что-то изменилось. Но что именно — не понял. Присмотревшись — дошло. Складывалось стойкое ощущение, что добавилось новые лица. Естественно каждого по отдельности я не помнил, кого именно привёл с собой, но пришла на помощь простая арифметика.

Пересчитав всех по головам, оказалось плюс три человека.

— Так, граждане телепузики, собираемся все вокруг той лавочки, — указал я на скамейку посреди двора, пытаясь наугад определить новых подкидышей.

Не получилось. И оно не удивительно.

— На скамейку присаживаются барышни, остальные на ножках постоят, — сразу попытался внести я ясность.

Однако в итоге на лавку никто не сел. Я внимательно посмотрел на Ласу, потом на мелкое недоразумение рядом с ней, которое выдавало себя на человека мужского пола, а затем на остальных двух девушек.

— И в чём проблема, почему на приземляем свои пятые точки?

Пацаны захихикали, а девушки промолчали.

— Интересно. Может я чего не догоняю? Обычай тут такой, традиция, или вера не позволяет? Кто-то может объяснить? — решил поинтересоваться я, но меня снова встретила тишина.