Книга Во имя веры, страница 33 – Денис Моргунов, Ольга Головачева

Другу… или уже потенциальному мужу я и отправила сообщение, зашифрованное воспоминанием из жизни, неизвестным посторонним лицам. Надеюсь, моей семье хватит сил пережить ложную информацию о моей трагической гибели, когда новости дойдут до них.

«Границы ключ переломлен пополам», – написала я строчку из песни, которую однажды, хорошенько перед этим накидавшись на панковском концерте, мы горланили на весь спящий город, возвращаясь домой. Только Андрей знал об этом весьма забавном кусочке биографии, поэтому мог понять, что со мной все в порядке.

Организация не обманула – костюм действительно занялся восстановлением своего носителя, едва контакты забра́ла шлема подсоединились к системе. «Обнаружены повреждения легкой степени тяжести. Начать лечение?» – произнес электронный женский голос и начал обратный отсчет. Нужной кнопкой я одобрила манипуляцию. Через доступ под ключицей полилась смесь препаратов. Рука вскоре перестала болеть. Разве что в голове шумело, как после бокала шампанского натощак.

— Спасибо тебе за работу, брат. Мы пойдем, пожалуй, – сказал Змей, когда мы окончательно убедились в работоспособности наших КПК.

— Куда пойдете? Через час-полтора уже стемнеет, – возмутился Мехвод.

— Заглянем в Ясный, там и перекантуемся. Неохота под носом у вояк крутиться, – успокоил товарища Антон.

— Как хотите. Тогда доброй Зоны вам. Степановичу привет передавай!

— Обязательно! – улыбнулся Змей. – За мной не заржавеет.

Мы вышли из лагеря с востока. Антон распрощался с Лешим, перекинувшись парой слов и узнав последние новости.

Впереди возвышалась железнодорожная насыпь. Асфальтированная дорога проходила под мостом, но Змей предпочел немного скорректировать путь по траве в сторону заброшенного ангара. Там он остановился и, жестом приказав мне замолчать, прислушался, вглядываясь в прореху в стене.

— Вот засада! – выругался сталкер. – Военные устроили пост аккурат под мостом. Придется идти через тоннель.

— Так мы же можем… бли-и-ин, – протянула я, забыв о том, что с нашей «смертью» все протекции и титулы стали недействительны. – Постой! Как же Мехвод и его ребята? Они так близко…

— О, за него не беспокойся, – ухмыльнулся Змей. – Ты думаешь, к нему только наша братия бегает оружие да броню починять? Вояки тоже, бывает, заходят, если со своими техниками какая оказия случилась.

— Так, может, им… предложить чего? Раз коррупция у вас цветет и пахнет, – задумалась я.

— Можно. Но я не гарантирую, что, взяв бабки, они не отправят нам очередь меж лопаток. И навар получат, и звездочки на погоны, – с досадой проговорил Антон. – Пойдем через тоннель.

— А что с ним не так?

— Все с ним не так, – мрачно ответил Змей. – То твари какие заведутся, то аномалий расплодится целый пучок. По насыпи нельзя – на мосту может быть снайпер.

— М-да… невеселые перспективы, – поджала я губы. – Раз выхода нет, пойдем куда скажешь.

Змей еще раз осмотрелся и, осторожно глядя под ноги, пересек ангар и выбрался наружу сквозь пространство между железными листами. Мой шлем чуть было не застрял в узеньком проходе, пришлось рывком вытаскивать голову. И вновь Организация не подкачала – острые металлические края не оставили на забрале ни малейшей царапины.

Не забывая поглядывать в сторону поста, мы быстро спустились под откос к тоннелю. Вход в него перегородил брошенный грузовик с некогда синей, а теперь пятнисто-ржавой кабиной. У левого его колеса урчал уже знакомый мне «волчок» и изгибала траву в противоположную сторону еще какая-то угрожающая дребедень, делая этот кусочек земли похожим на плешь лысеющей головы. О названии ее и свойствах я решила не спрашивать – уж слишком отчетливо аномалия давала понять, что опасна и лучше держаться подальше.