Книга Во имя веры, страница 4 – Денис Моргунов, Ольга Головачева

— До свидания, Петр Игоревич…

Я долго рыдала в туалетной кабинке, размазывая по щекам слезы и макияж. Надо же было так облажаться! Перед Самим! Мысленно я уже сдавала пресс-карту и удостоверение и шла устраиваться мыть полы в дешевом общепите.

— Э, хорош там реветь, мне пол мыть надо, да! – Уборщица Фатима бабахнула в дверь шваброй. Пришлось выйти.

Спускаться в метро долго не хотелось. Казалось, что все вокруг смотрят на меня, на нелепый внешний вид, на покрасневшие от слез глаза и распухший, как у деревенской пьяницы, нос и точно знают о грандиозном провале. Я бесцельно бродила по улицам вокруг станции.

Из ресторанчика через дорогу аппетитно потянуло выпечкой. Опять тренер будет ругать за излишнюю любовь к мучному, но шел бы он. Если я сейчас не успокоюсь и не придумаю, что делать, то он потеряет клиента.

Присев за столик под размашистым летним зонтиком, заказала у тут же подскочившего мальчишки-официанта пряный латте, клубничный круассан и эффектно полыхающий при подаче Б-52. Говорят, сладкое полезно и при стрессе, и при мозговом штурме, а алкоголь снимает внутреннее напряжение. Не помогло. Коктейль пошел как вода в сухую землю – я даже не успела ощутить его сливочно-терпкий привкус, а хрустящее тесто круассана процарапало горло, будто наждак.

Откуда взять этот чертов материал? Лезть в политику? Себе дороже: сменить дорогую квартиру на тюремную камеру я желанием не горю. Писать про светскую жизнь? Так они все там уже сами себе журналисты – что ни день, то сотни фотографий во всех ракурсах и позициях в многочисленных соцсетях.

Из мрачных размышлений меня выдернул непривычный звук: кто-то зазывно вещал из хрипящего помехами мегафона. Повернув голову на источник шума, я увидела палатку, выкрашенную под зеленый камуфляж. Старая армейская практика – предлагать службу по контракту без посещения военкомата.

Обычно у выездных пунктов призыва немноголюдно, если не сказать никого, а сегодня вокруг толпились как совсем молодые парни, так и довольно возрастные мужчины.

Наскоро расплатившись с официантом, я оставила чаевых больше, чем положено обычно. Плевать, ведь, похоже, Мироздание практически на блюдечке заносит второй шанс.

— День добрый, издание International Today. – Я продемонстрировала пресс-карту, проскользнув в начало очереди. – Как у вас сегодня оживленно… По какому случаю ажиотаж? Если это не военная тайна.

— Да какая тайна… Им разве что-то секретное доверишь? – усмехнулся в усы пухлощекий мужчина в камуфляже, кивнув на группу парнишек. Потенциальные контрактники, принимая нарочито маскулинные позы, делали селфи на фоне палатки. – У нас новый набор желающих послужить Родине и всему миру.

— Ого! Это как? – Привычным движением ладонь скользнула в сумочку к кнопке включения диктофона, спрятанного в кармашке.

— Ты знаешь, что такое Зона? Нет, не та, где уголовников держат, а которая в Чернобыле рванула дважды.

— Ну-у… слышала что-то, – протянула я.

— Хорошо наши работают, население спит спокойно, – довольно произнес военный. – Так вот, мало того что она до сих пор фонит, так еще и после второго взрыва много всякой опасной дряни народилось. Нет чтобы на пушечный выстрел к заборам никому не подходить, так ведь находятся идиоты, которым там прям медом намазано. Сталкерами себя зовут. Насмотрятся кина – и давай на задницу приключений искать. И ладно бы лезли через Периметр и там и дохли, нет… выживают. Возвращаются и тащат на нашу чистую землю всякую дрянь. Вот мы и ищем добровольцев, которые будут от этих дебилов планету беречь.