Книга Сбор урожая, страница 80 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Счетчик стоит, — сказал он растерянно. — Пятьдесят три. Он не выбыл.

— Блядь, да гаси ты свет, сука, сам увидишь! — заорал я. — И ствол опусти! Крайнего нашел.

Он не шевельнулся: ради лампочки ему пришлось бы отвести от меня ствол. Тогда я сам шагнул к окну.

— Он за жалюзи! У окна тень гуще всего!

Я рванул жалюзи вниз, планки посыпались на пол, и краем глаза я увидел, что Центр чуть отвел ствол — смотрел туда же, куда и я. Я продолжил натиск:

— Целься в черные тени. Ща он там появится! — И ткнул пальцем в угол за его спиной.

Демирель повел стволом на угол — на полсекунды, не больше. Мне хватило: локтем я выбил стекло и сиганул на улицу, включая «Ветер» и «Рывок», благодаря которому с грохотом приземлился на крышу соседней пристройки — то ли гаражей, то ли мастерской. Пригибаясь, побежал по ней.

Прыгнул на следующий бокс, тот, что ближе к забору… Прогнившая крыша не выдержала, провалилась, и я ухнул вниз. Доспех принял удар, на миг «Ветер» слетел, и я услышал, как двор загудел голосом Центра из каждой рации разом:

— Всем, кто во дворе. Рокотов уходит. Брать живым. Руки ему держать, что на руках — снять.

Все-таки не дурак. Не понял, что именно, но понял, где искать.

Линдгрен успел раньше, чем я выбрался из-под обломков. Он стоял у крыльца конторы, должно быть, видел мой полет по крышам, а до бокса ему было метров тридцать. Дверь распахнулась, и в проеме встал он с дробовиком у плеча, а за его спиной сопел араб с лестницы. Стрелять по мне Линдгрену не велели, и он на секунду завис, выбирая, куда ткнуть стволом. Этой секунды мне хватило. «Ветер» — и я оказался у него сбоку, «Нагибатор» ударил в приклад и в грудь за прикладом. «Отбрасывание» сработало: Линдгрена швырнуло спиной в автоматчика. Дробовик грохнул в потолок, с балок посыпалась труха.

Я прыгнул через них и вылетел из бокса во двор.

Очередь у котла бросила миски, Хайруллин рвал с плеча автомат, стрелок на ангаре разворачивался на крыше. До ворот было метров шестьдесят открытого двора, и пробежать их под тремя стволами даже под «Ветром» я бы не успел.

Я вытряхнул оба Гнезда, и девятнадцать тварей вывалились на снег передо мной.

— Шарик — на них! — показал битой на котел я. — Тузик — ангар! Держать!

Шарики рванули к котлу, но виделось это как в замедленной съемке. Люди повели себя предсказуемо: попятились и начали стрелять. Несколько пуль нашли бездушных, но пули против них работали плохо. Тузики разошлись веером перед воротами ангара, откуда уже выбегали те, кто спал в цеху. Первый выбежавший споткнулся о тварь, упал, и на него навалились трое. Он заорал, остальные нерешительно столпились в проеме.

Я побежал вдоль забора к воротам.

Стрелок с ангара достал меня на середине двора. Пуля ударила в спину, между лопаток, доспех принял, уплотнился и разогрелся. Вторая ушла в талый сугроб рядом. Я вильнул, и в этот момент за спиной грохнул дробовик.

Не в меня. Линдгрен выбрался из бокса и бил по Шарику. Дробь ушла в кучу тварей у бочки, и трех разметало по снегу; поднялись двое. Чистильщик передернул затвор, выстрелил снова — еще две твари не встали. Он не бегал, не суетился, а стоял у бокса и стрелял по площади, и за пять секунд выбил трех и подранил еще столько же.

Недолго думая, я убрал «Нагибатор» в кольцо, выхватил оттуда СВД и трижды выстрелил в Линдгрена, этого хватило: