Книга Последняя битва-2, страница 93 – Данияр Сугралинов

Это был шанс. Потратив колоссальный объем энергии Ада, Он вошел в ритм нового мира и начал там поиски идеального носителя. И нашел — в критический момент, когда сильнейший смертный Дисгардиума, Люций, находился на грани между жизнью и смертью, когда его тело претерпевало трансформацию и было наиболее уязвимо для захвата. Будь Люций в порядке, Ему пришлось бы отступить, не хватило бы энергии на захват сильной души, но сейчас…

Боль от трансформации отвлекла Люция, и он не успел ничего сделать, когда нечто чужеродное ворвалось в разум, начало рыться в воспоминаниях, ломать и выдавливать его личность, словно вминая в стены собственной же души.

Он поглотил личность наместника Андары, впитал воспоминания, обычаи, манеры вести себя, обратил весь опыт на собственное благо. И жуткое сознание эфемерной сущности, явившейся с другого конца галактики, начало разворачиваться, словно черный бутон розы, на изнанке прежнего разума.

Так Он обрел сущность в еще одном мире. И, в отличие от Земли, здесь Он был практически бессмертен.

Иронично, что в этом новом теле Он стал демоном — яркий образ, навеянный людям лично Им тысячи лет назад.

— Подобие, — промурлыкал Он устами Люция. — Насмешка. Нелепость.

С этого момента Он существовал одновременно в трех мирах: в Аду, в Дисгардиуме и на Земле. Впрочем, в Дисгардиуме Он пробыл недолго, будучи снова изгнан. В Преисподнюю.

* * *

Рассвет разорвал тьму, когда миллионы новоявленных демонов под предводительством великих князей Диабло, Белиала и Азмодана выступили против объединенного войска трех континентов, состоявшего из последователей Новых богов.

За спиной демонов были десятки выигранных битв, врагов вытеснили за пределы Андары. Перед ними раскинулась Лахария — земля дикарей, ведомых безумными магами, ставшая оплотом объединенного войска.

Он, занявший тело генерала Люция, вел легионы демонов против темнокожих воинов с опаленными на солнце лицами — фанатичных приверженцев Нергала. Демоны уничтожали всех на своем пути, вливали в атаки свою ярость, радость обретения новых тел, всю свою неприязнь к последователям Новых богов.

На том поле в тот закатный день дикие племена были разорваны и растерзаны, словно никогда не обучались владеть мечом. Люций разрубал тела, будто это были не сталь и кожа, а масло под раскаленным ножом. Он растаптывал их, вырывал хребты, и в какой-то миг Его охватило забытое ощущение полета. Ведь на Земле и в Аду не было доступа к этой силе, к мощи Хаоса.

Нергал, собрав силу остальных богов, в ярости послал собственную стихию — свет, выжигающее сияние, которое обращало демонов в пепел. Многие пали, но Люций не поддался и продолжил сражение. Он не был готов так легко отдать свой новый дом — этот странный мир. Он не для того так долго скитался по галактике, так долго пестовал Землю, чтобы ее у Него так легко отобрали… Дисгардиум стал роскошным даром.

Поле боя было залито кровью и засеяно пеплом, когда настала ночь. Неразрешимость битвы, невозможность одержать верх — все это привело к столкновению богов. Диабло, Белиал и Азмодан в своих истинных телах — против десятков Новых богов, воплотившихся в аватарах.

Люций, отчаянно сражаясь в гуще боя, не успел ничего сделать, когда алмазный посох Нергала засиял ярче тысячи солнц, обрушив ярость света на поле боя. Он лишь сумел закрыться божественным щитом, подарком Диабло, но у других демонов не было этой защиты — они попросту гибли. Генерал Молох был ранен, и без него боевой дух демонов надломился. Великие князья еще держались, но их мощь шла на убыль.