Книга Последняя битва-1, страница 153 – Данияр Сугралинов

— Внимание! До старта финальных Демонических игр три… два… один… Больше огня под ногами твоих врагов, демон Ааз!

Голос смертного, немного искаженный нематериальностью моего тела, словно пробивался сквозь белесую мглу вокруг. Тот же самый голос, что нашептал мне: «В забвении найдется спасение…» Он казался смутно знакомым.

Узнавание пришло позже, когда я ощутил тело, а туман начал рассеиваться. Гай Бэррон Октиус.

Я внимательно осмотрел себя: ослабленное тело без доспехов и оружия, кожа настолько бледная, что сквозь нее просвечивают ребра. Все, что было при мне, отобрали.

Взглядом я охватил огромную пещеру: круглый зал, высеченный в толще черного камня. Массивные колонны, напоминающие застывшие потоки тьмы, подпирали своды. В центре, на жутком возвышении из черепов и костей, громоздился древний трон — и казалось, он существовал здесь с начала времен. Вдоль стены спиралью поднималась широкая лестница, ведущая к вратам в потолке — пути наверх, к призванным. Вторые врата зияли в полу у подножия трона — спуск к демониакам. Оба прохода были запечатаны мерцающей алой пеленой, которую мог открыть только кристалл-ключ. От трона по полу расходились концентрические круги огненных рун, пульсируя в такт моему сердцебиению.

Над троном проявилось описание:

Демонический трон 1-го уровня

Престол Ааза, босса демонической фракции.

Бонус: +0,3 % к урону и защите в радиусе 10 метров.

Бонус: +0,2 % к урону и защите боссу демонической фракции.

Бонус: +0,1 % к урону и защите всем демонам и тварям Преисподней.

Убийство врагов и захват уровней Провала усиливают бонусы трона.

Убито врагов: 0.

Захвачено этажей: неактивно (доступно со второго дня Игр).

При захвате трона вражеской фракцией все бонусы переходят к захватчикам.

Пока я изучал эту информацию, один за другим начали прибывать остальные демоны. Они материализовывались в полумраке тронного зала — так же, как и я, выдернутые из теплой постели, растерянные, но их глаза горели огнем Преисподней.

Первыми появились военачальники: хмурый Молох без привычных доспехов, следом — злющий Аваддон и немного потерянный Агварес. Лилит возникла в стороне, почему-то старательно избегая моего взгляда. Возможно, не могла смириться, что должна будет подчиняться своему центуриону.

Дети великих князей держались вместе: Деспот, Сильва и Тарзак — последние отпрыски древних домов Преисподней. За ними проявились остальные: многоопытный бес Заган'Нахаш, молчаливый черт Даг'гон, загадочные суккуба Лерра и демон Ридик.

Моя когорта собралась у подножия трона. Символично — вместе со мной от нее осталось лишь тринадцать бойцов.

Горвал встал рядом с Агатой. Неподалеку расположился Славикус — без фляжки, но окутанный перегаром. Рокотанк Рубин примостился у колонн, рядом с молчаливым испепелителем Даром. Вечно голодный черт Кродис и неугомонный шутник Жег заняли места позади. Ницал, как всегда, скрывал свое истинное обличье в тенях.

Отдельной группой держались четверо последних выживших бойцов моей когорты.

Я напряг память, восстанавливая свое недавнее знакомство с подчиненными. Белокожий демон-альбинос с пронзительно-синими глазами — это Холод. Рядом остановился хмурый Мурасаме — демон, который запомнился мне по прошлым битвам тем, что орудовал огромным мечом. Чуть поодаль стояла Кунда — принципиальная до безумия, судя по характеристике Горвала, демоница-интуит, способная видеть ложь насквозь. Слышал, что прошлые центурионы использовали ее при допросе пленных демониаков.