Книга Последняя битва-1, страница 185 – Данияр Сугралинов

— Рада, что ты в порядке, сын Азмодана.

И тут же отступила к брату, снова став холодной и сдержанной. Тарзак приветственно вскинул руку, в его глазах промелькнула тень улыбки.

— Грог-х-р, собрат Ааз! — воскликнул Деспот, радостно скалясь, отчего его лицо засияло подобно адской жаровне. — Смотри, кого я привел! Эти призванные из Чистилища поведали много любопытного!

Что-то в его голосе заставило меня насторожиться. Деспот, при всей своей импульсивности, никогда не был настолько… восторженным. И уж точно не по отношению к смертным, даже если те из Чистилища. Что-то тут не вязалось и было неправильно: демон, тем более сын самого Диабло, не стал бы так рисковать, доверяясь врагам. Да и сами они держались слишком спокойно рядом с исчадием Преисподней, словно в обществе давнего знакомого. Но сильнее всего настораживало их присутствие здесь, внизу, а не на базе призванных — ведь система должна была автоматически перенести их наверх!

Я окинул неумирающих оценивающим взглядом. Всего их было десять: восемь смертных и двое представителей нежити.

Эльфийка-нежить в серебристых доспехах и массивный человек-нежить — в рыцарских доспехах. Оба выглядели почти живыми, если бы не пустота в глазах и едва заметный серый оттенок кожи. Их имена, Дестини и Шиндлер, я запомнил с церемонии открытия, когда Молох заметил, что они «какие-то странные». Теперь понятно, что именно его смутило.

— Эти двое тоже из Чистилища? — скептически спросил я, указав на них.

Деспот смутился, мотнул головой, и за него ответила Дестини:

— Забвение туманит твой разум, демон. Ты забыл, что ты мой избранник, и мы со Жнецом, — она кивнула на Шиндлера, — поклялись, что поможем тебе. А раз ты сейчас демон, мы поможем демонам.

— Что значит — сейчас я демон? — взорвался я. — Я всегда им был! Или ты, мертвечина, намекаешь на мою эльфийскую мать?

— Жизнь смертна, демон, — проговорил Шиндлер, и прозвучало это как приветствие.

— Похоже на какой-то бред, — сказал я, отмахнувшись. — Лава пылает жаром, небо красное, а смертные рано или поздно умирают. Это прописные истины, которые каждый знает с рождения.

Эти неумирающие, ставшие нежитью и решившие помочь Деспоту, явно повредились разумом. Разбираться с этим — терять время. Достаточно того, что они пока на нашей стороне.

Я изучил остальных. Возле Тарзака и Сильвы стояли трое измученных душ из Чистилища: орк Йеми с обломанными клыками, исполинский огр Бабангида и бледная вампирша Франциска, прижимавшая к груди потрепанного рыжего кота. Я видел таких в Дисгардиуме, но там они были домашними питомцами, а этот, судя по шрамам, зверь боевой. Руны над ним гласили, что он носил странное прозвище Антошка. Откуда он тут взялся?

Оставшиеся пять смертных… Когда они появились на открытии Игр, то отозвались во мне будто бы узнаванием: тощий гном Краулер, иссохший титан Бомбовоз, светловолосая Тисса, молчаливый Гирос в потрепанных одеждах и Ирита — почти не уступающая мне ростом девушка с огненной гривой, собранной в воинственный хвост.

— Стойте, где стоите! — рыкнул я, заметив, как Ирита сделала шаг в мою сторону. — Деспот, какого дворфа они здесь? Почему их не вернуло на базу призванных?

— Грог-х-р… — усмехнулся Деспот. — Эти смертные добровольно признали меня соратником. Как бы невероятно это ни звучало, они приняли сторону демонов и теперь могут следовать за мной повсюду. И заметь: если я погибну, они разделят мою участь. Это не уловка, Ааз.