Книга Единство 2, страница 123 – Данияр Сугралинов

Монстр разинул исполинскую пасть, забитую несколькими рядами кривых зубов, с которых стекала едкая желчь, прожигающая землю, и взревел с такой силой, что даже замедленный Ясностью звук чуть не лишил чувств.

Меня спасли только молниеносные рефлексы: я рывком отпрыгнул в сторону, когда склизкие отростки обрушились на то место, где секунду назад были мои ноги. Далезма спугнула баракат, и мне открылся путь к руинам инстанса — там чернел зев то ли провала, то ли прохода, похожего на пещеру под горой, только вел он под каменные обломки и мог в любой момент обвалиться.

Выбирая между неизвестностью пещеры и верной погибелью в пасти далезмы, я не раздумывая кинулся к спасительному провалу. Но опоздал.

Бывшие до того под землей конечности далезмы вырвались, преграждая путь, в тот самый момент, когда я пролетал мимо. Не успев затормозить, я влип в склизкую плоть и погрузился в нее с головой. В следующий миг стена щупалец и зубов обрушилась на меня.

С трудом вырвав голову из обжигающей студенистой массы, я начал рубить и кромсать ее Косами Жнеца, но они вязли в бугристой плоти, словно в смоле. Меня сдавило со всех сторон, раздирая кожу, ломая кости. Боль затопила сознание, грозя свести с ума. Вонь разлагающейся плоти и едкой слизи забивала ноздри, не давая вздохнуть.

Ударив чередой взрывов Возмездия, я ненадолго высвободился и рывком нырнул в спасительный мрак провала.

Однако, стоило залететь, как стены пещеры стремительно сузились. Тупик!

Мои ноги обожгло так, словно они окунулись в кипящее масло: далезма начала меня проглатывать. Давление внутри было таким, что я услышал хруст своих лопающихся костей. Защита Спящих и Устойчивость не дали мне умереть, и я впервые пожалел, что их нельзя отключить, потому что чем больше меня затягивало в желудок далезмы, тем больше хотелось закончить мучения. В отчаянной злобе я выдавал взрывы Возмездия бесконечной чередой, но защита и регенерация твари, похоже, намного превосходили мой урон, в том числе от Отражения.

Дальнейшее слилось в один бесконечный кошмар.

В кислотных недрах монстра время вернулось в привычный ритм, но лишь для того, чтоб я прочувствовал каждую бесконечную секунду агонии. Желудочные соки и концентрированные кислоты, по сравнению с которыми дождь Террастеры казался обычной водичкой, принялись за работу, слой за слоем разъедая плоть. Устойчивость не могла смягчить мучений.

Я потерял счет времени и ощущение реальности. Боль стала всем, что я знал, всем, что помнил. В редкие моменты просветления я думал, что это и есть настоящий ад — вечные муки без малейшей надежды на спасение. Разум метался загнанным зверем в клетке из агонии, отчаянно цепляясь за остатки самости. Иногда мне казалось, что я уже умер, и это посмертие, наказание за все грехи, но потом новая волна страданий накрывала с головой, и я понимал, что настоящая смерть была бы милосерднее. Я хотел кричать, но кислота растворила мои голосовые связки. Оставалось лишь безмолвно корчиться в чреве монстра, смиряясь с тем, что это и есть теперь моя вечность. Стало понятно, почему Бездна приказала Хинтерлисту сделать именно это, а не отправить меня в Чистилище.

От невыносимой боли я потерял сознание. Похоже, мой мозг просто не выдержал и отключился. В этом состоянии мне казалось, что временами накатывает облегчение, как будто в отчаянии спасти разум тело вырабатывало эндорфины, чтобы хоть как-то смягчить боль. В такие моменты я снова начинал ощущать себя, свои руки и ноги, но длилось это доли секунды, после чего снова все взрывалось болью, и я отключался.