Книга Единство 1, страница 86 – Данияр Сугралинов

— Догадываюсь, о ком вы, — сказал Иен. — А также понимаю, что вы не послушали его и решили дать Спящим развиться. Но что вы под этим подразумеваете?

На этот раз Хаген думал куда дольше, игнорируя направленные на него взгляды. В ожидании ответа я заерзал на месте, но успокоился, почувствовав, что на меня смотрит Дениза. Не знаю почему, но одно ее внимание меня странным образом успокаивало, словно напоминая ее слова о том, что я не один, что она со мной, что они со мной.

— Изначально Спящие являлись нашими ментальными слепками, — наконец заговорил Хаген, и это вызвало коллективный возглас удивления.

— Я знал! — закричал я, застучав кулаками по столу. — Ладно, не знал, но догадывался! Уж слишком это очевидно: четыре отца-основателя мужчины, и один — женщина. У Спящих то же самое!

— В Тиамат заложен ментальный слепок Йованы Савич, — сказал Хаген. — В Кингу — Мануэля Фуэнтеса. В Абзу — слепок Олы Афелоби. Вячеслав Заяцев стал прообразом личности Левиафана. И, наконец, Спящий по имени Бегемот стал в некотором роде моим воплощением.

От переполнивших меня эмоций я вскочил из-за стола и начал ходить по кают-компании, стиснув виски. Мало мне было того, что вывалил Хаген до этого, так еще и это теперь! И как мне теперь общаться с Бегемотом, понимая, что он своего рода Майк Хаген?

Хаген замолчал, и я попросил его не обращать на меня внимания и продолжать. Кивнув, он так и сделал:

— Итак, наши ментальные слепки — не совсем такие, какие научился создавать мистер Серебрянский, чуть более совершенные, — стали зачатками личностей Спящих.

— Чуть более совершенные, ну-ну, — издал смешок Серебрянский.

— Но для божественных сущностей, пусть даже игровых, этого было мало, — продолжил Хаген. — Вообще, мы заложили в, скажем так, функционал Спящих и многое другое, что отразится на развитии нашей цивилизации, но это пока к делу не относится. Суть в том, что возможности Спящих потенциально невероятны. И здесь встает тот же самый вопрос, который Алекс уже задавал мне часом ранее: кто даст им право нести такую ответственность? Представьте себе ИскИн, который может стереть с лица планеты целый город. На основании чего ему принимать такое необратимое решение? На базе какой морали, правил, законов?

— В нашем обществе подобное решается демократией, — сказал Иен.

— Да что вы говорите, мистер Митчелл! — зло усмехнулся Хаген. — Сначала прикиньте долю тех, у кого есть право голоса. Потом отберите тех, кого избрали в парламент. Потом из него вычлените лишь тех, кого допускают до президентских выборов, и что останется от вашей демократии? Решение о том, уничтожить ли сепаратистский район принимает президент — один человек. Один человек из двадцати миллиардов!

— Так демократия и работает, — убежденно ответил за Митчелла Октиус. — Ведь что есть толпа? Толпа не способна принимать правильные решения.

— В задницу вашу демократию — и с толпой и без нее, — отмахнулся Хаген. — Мы не собирались отдавать сверхмогущественные инструменты в руки хромой демократии или даже пятерки очень умных ИскИнов. Мы решили, что Спящие станут воплощением всего человечества, что они станут коллективным разумом, которые сольет в себе личности и разумы всех землян!

— Вот оно что! — разинул рот Иен. — Вот зачем вы затеяли все эти нововведения с оплатой онлайна, с обязательным временем в Дисе для старшеклассников, с развлекательными курортами…