Книга Двадцать два несчастья. Том 6, страница 24 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Здравствуйте, Сергей Николаевич, — буквально через миг передо мной возник Наиль, а я даже не заметил, как он зашел, хотя сидел-то лицом ко входу.

— А как это ты попал внутрь так, что я и не заметил? — удивился я.

— Да вон оттуда, — махнул он рукой. — Там сейчас от веранды сделали новый вход, поэтому я прямо с улицы и зашел.

— Понятно, — кивнул я. — Как там дела? Рассказывай.

— Вы же не собирались быть в Казани, — с намеком хмыкнул он, давая понять, что понимает, насколько важной оказалась его информация, раз я все бросил и прискакал.

— У меня у матери сегодня операция была, — разочаровал я его. — Поэтому пришлось срочно взять отгулы и приехать. Заодно решил и с тобой встретиться. Так что рассказывай, что там да как.

— С какого вопроса начать? — поморщился Наиль. — По поводу смерти вашей жены и сына? Или по Алисе Олеговне?

— Начни с Алисы Олеговны, — сказал я и, заметив его удивление, поправился: — Насчет Наташи с сыном я в принципе и так все знаю, ты просто подтвердишь мои подозрения. А вот с Алисой Олеговной надо разбираться здесь и сейчас, причем срочно. Так что рассказывай.

Наиль с усилием подавил гримасу удивления и начал:

— Да что там говорить, у меня же в ее компании друзья остались. — Он многозначительно посмотрел на меня.

А я еще раз подивился, насколько коллектив у Алисы Олеговны нелояльный и может предать, грубо говоря, за кусок колбасы.

— Ну и вот, мне мои девочки шепнули, что Николь со скандалом выгнала Виталия Аркадьевича. Короче говоря, он там посидел один, без денег, без ничего и начал забрасывать Алису Олеговну цветами, подарками и вниманием. Ну и понятно, что, когда количество перешло в качество, она дрогнула, и чета престарелых голубков воссоединилась. — Наиль зло хохотнул. — А для того, чтобы укрепить этот союз, они выдумали себе врага, а именно, вас, Сергей Николаевич. Алиса Олеговна сказала мужу, что это вы ее научили и подтолкнули, чтобы она вот так все сделала. А Виталик не может простить, что вы умыкнули одиннадцать процентов. Просто сейчас это очень большие деньги. Тем более буквально на прошлой неделе они через своего посредника вышли на аукцион «Кристис» — выставили там коллекцию русского авангарда, и деньги там крутятся немалые, поэтому одиннадцать процентов теперь уж слишком много.

— А что она конкретно хочет?

— Переписать их на своего мужа и опять ввести его в совет директоров.

— Ну ничего себе, — покачал головой я. — Ладно, это понятно. А дальше что?

— Ничего хорошего, — развел руками Наиль. — Она будет подавать на вас в суд за мошенничество, уже документы готовят. Там целый кагал юристов подключили.

Блин, только этого не хватало! Едва все начало налаживаться, как замаячил процесс за мошенничество. Но тем не менее виду я не подал, хмыкнул и сказал:

— Эх. Бабы, они такие бабы. Особенно такие… Вроде умная, бизнес-леди, а в обычных житейских вопросах… — И печально вздохнул, что и сам такой же. Надеюсь, был.

— Это да, лебединая песня немолодой женщины и наивная вера в любовь, — согласно кивнул Наиль и посмотрел на меня. — Что дальше? По поводу Наташи с сыном рассказывать?

Я уставился на него немигающим взглядом и кивнул.

— Мельник, — сказал он. — Точнее, сын Мельника. Говорят, что он причастен.

— Есть доказательства?