Книга Двадцать два несчастья. Том 7, страница 69 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

Мой темно-серый «Мицубиси-Паджеро» стоял во дворе, припорошенный снежком.

Я завел машину, выехал из двора, оттуда на проспект и дальше — к трассе на Марий Эл.

Вскоре Казань осталась позади.

* * *

Друзья, спасибо вам за живой отклик и обратную связь после каждой главы, ваши отзывы, критика, замечания и ржачные шуточки нам здорово помогают.

Мы к вам с традиционной попрошайнической просьбой: если вы еще не ставили и не писали, а вам серия нормально заходит, жамкните лайк и оставьте отзыв под ПЕРВОЙ книгой (и можно под второй тоже). А то последние отзывы хейтеров под ней ввергают в ужас и отпугивают новых сусликов читателей. Что нас вельми расстраивает. Спасибо всем неравнодушным!

В Морки я вернулся, когда еще даже пяти не было. Поставил машину во дворе и, подхватив сумки, вошел в дом. Котел продолжал мерно гудеть, в комнатах было тепло и сухо. Я начал выгружать сумки на кухне, потихоньку сортируя и раскладывая содержимое. Отставил в сторону пустые, тщательно вымытые Верой Андреевной банки из-под молока, отложил пакет с ответным презентом.

Не успел я вытащить все, что набрал из Казани, как калитка во дворе отчетливо скрипнула, и через миг кто-то заколотил в дверь. Стук был торопливым, дробным, но настырно-громким. Недоумевая, кто бы это мог прийти, я пошел открывать. На пороге стояла девчушка примерно лет четырнадцати — пятнадцати. Я посмотрел на нее внимательнее и понял, где уже видел. Это была средняя дочка Фроловой. В руках она держала мою переноску.

— Сергей Николаевич, — вежливо сказала она, поздоровавшись, — а я вот вам принесла Пивасика и Валеру.

Я удивился. Фролова обещала позвонить, чтобы узнать точное время, но не позвонила. Я же мог и задержаться. Или вообще вернуться в понедельник с утра. Но тем не менее посторонился, пропуская Олю в дом.

— А как ты узнала, что я уже дома? — не выдержал в конце концов.

— Так мы ж вас видели в окно, — пожала плечами девчушка. — Вашу машину в Морках все знают. А мама говорит: «Вон, смотри, доктор Епиходов приехал. Давай бери Валеру и Пивасика и тащи ему. Потому что он сейчас начнет про них думать, а ему самому бегать некогда». Ну вот я забрала и пошла к вам. Все равно иду Андрюшку забирать к бабушке, так что заодно и вам занесла.

— Хорошо, спасибо тебе, Оля, — улыбнулся я. — Но я должен отдать две корзины твоей маме. Как мне поступить? Тебе же тащить их самой тяжело будет. А мне сейчас действительно некогда.

— Да оставьте, она сказала, сама потом заберет, — отмахнулась Оля, подтвердив мои подозрения.

— Ну, суслики, привет! — усмехнулся я и открыл переноску. — Вылезайте на свободу.

Из переноски с радостными воплями выскочили оба. Валера, увидев меня, начал тереться об ноги и громко мурлыкать, а Пивасик взлетел на люстру и оттуда закричал:

— Кар-р-рамба! Сто акул мне в глотку!

— Ого, — только и сказал я. — Неплохо так Пивасик пополнил свой словарный запас в гостях.

— Фок-грот-брамсель в левое ухо! — радостно сообщил Пивасик и для пущей убедительности яростно пощелкал клювом. — Женщина на корабле не к добру! Даже маленькая!

— Ой! — покраснела Оля. — Это мы с Васькой «Пиратов Карибского моря» смотрели. Так Пивасик тоже смотрел с нами и научился.

— Всем ни с места! — завопил попугай. — Я обронил мозги!