Книга Двадцать два несчастья. Том 9, страница 120 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Ну вот представьте, я сплю, — начала Элен, — всю ночь нормально, как положено. Утром просыпаюсь — такое впечатление, что я всю ночь вагоны разгружала. А утром еще более уставшая, чем до того, как ложусь спать. Это раз. Во-вторых, у меня нет никаких сил заставить себя что-то сделать. Я по несколько минут себя уговариваю и делаю все только на силе воли. Даже в театр хожу через силу, даже в гости или с подругами встречаюсь. Раньше я это делала с удовольствием, а сейчас я совершенно ничего не хочу. В общем, я так думаю, что довела себя до полного выгорания и не могу никак восстановиться. Пропила полный курс витаминов. А еще недавно была в хорошем санатории в Кисловодске. Пытаюсь выдержать режим дня, но у меня ничего не получается. Неужели это настоящая старость и на этом все?! Доктор, я не хочу умирать, помогите мне, пожалуйста.

Она завершила свой монолог таким вот призывом и с надеждой уставилась на меня. Повисла пауза. Я смотрел на нее — точнее, не столько на нее, сколько определял слабые места, с которыми предстояло работать. Элен, очевидно, восприняла это как то, что я ей не поверил, или еще что-то, потому что смутилась и отвела взгляд.

— Проблема примерно понятна, — сказал я. Это было хорошее дополнение к той картине, что мне уже дала Система.

От удивления Элен на меня внимательно посмотрела, но ничего не сказала.

— Давайте первый этап нашего с вами оздоровления начнем следующим образом, — добавил я. — Во-первых, у вас проблема не столько физическая, сколько комплексная, поэтому будем воздействовать на все ваши болевые точки одновременно.

— Как это? — удивилась Элен.

— Ну, смотрите. Физическая работа будет заключаться в том, что вы начнете выполнять мои предписания как врача, а также делать то, что я вам скажу. Например, сейчас мы с вами пойдем на улицу. У нас до завтрака еще примерно минут сорок есть. Мы с вами будем расчищать дорожки от снега.

— Но я никогда… — пробормотала Элен.

— Вот именно. Вы никогда. А вот сейчас мы с вами на свежем воздухе немного поработаем, и вы сами увидите, что ситуация сразу же начнет меняться. Немножко, но главное, что вам требуется — это почувствовать свою нужность. Вы кем работали, до того, как вышли на пенсию?

— Э… п-пенсия, — Элен покраснела и замямлила. — Ну, я не совсем как бы и пенсионерка…

— Давайте не будем сейчас вот эти реверансы изображать, — осуждающе покачал головой я. — Поговорим серьезно. По возрасту вы уже должны быть на пенсии. Получаете вы ее или нет — это другой вопрос, но меня интересует другое: вы же работали раньше?

— Ну да, немножко, — тихо сказала она и покраснела. — До того как вышла замуж и пошли дети. Они сейчас в Америке, поэтому мы общаемся редко, в основном в соцсетях.

— Понятно, — сказал я. — То есть вы абсолютно одиноки здесь, в Казани, правильно?

— Ну, у меня подруги есть и вот Альфик…

— Все ясно. Но вы не ответили: кем работали?

Она замялась и тихо сказала:

— Я закончила пединститут. Училась на логопеда.

— О как! — искренне обрадовался я. — Это же просто замечательно! Вы даже не представляете, насколько это замечательно!

— Почему? — испугалась она.

— Потому что мне как раз нужен логопед. Есть здесь такой мальчик, зовут его Борька, мать у него алкоголичка… — И я начал рассказывать о том, как спас Борьку в Чукше и как Райка пытается встать на путь истинный.