Книга Двадцать два несчастья. Том 15, страница 91 – Данияр Сугралинов, А. Фонд

— Сыночка, ты что, со мной жить не хочешь?

В голосе ее послышались слезы, она больше не улыбалась. Борька не знал, что надо ответить, потому что правильного ответа не было. Если он скажет «хочу», значит, он согласится уехать от Пивасика и от Валеры, и от тети Полины, от Ольки, Андрюшки с Васькой и от дяди Сережи. А если скажет «не хочу», так мама заплачет. Она в последнее время часто плачет.

Борька задумался, поковырял ложкой кашу и сказал, выбрав третий вариант:

— Я здесь хочу.

Но мама, наверное, услышала совсем другое, потому что сказала резко, дрожащим голосом:

— Значит, мать теперь тебе вообще не нужна⁈

А тетя Полина вмешалась:

— Рай, не дави на ребенка.

И тут началась взрослая ссора. Тетя Полина сказала, что никто завтра Борьку никуда не заберет. А мама закричала, что это она его мать, а не тетя Полина. Тогда тетя Полина напомнила про временную опеку. Мама вспыхнула, заплакала, бросила ложку об стол, подскочила и выбежала из комнаты.

Борька сидел за столом и постепенно приходил к ужасному выводу: взрослые опять спорят, кому он достанется, как Пелагея, как те взрослые возле ворот, только теперь это мама и тетя Полина.

И тогда Борька решил сбежать от них, раз так. Только на улицу бежать было боязно, потому что там могла быть эта страшная Пелагея. И Борька решил спрятаться в сарае.

К побегу он подготовился основательно: взял маленькую сумочку Ольки, с которой та ходила летом пасти гусей, положил туда тетрадку и карандаш (карандаш свистнул у Васьки, тот все равно сейчас у бабушки в деревне и не увидит). А еще положил кусок хлеба. Он знал, что если нужно убегать, то с собой всегда надо брать хлеб. Так писали в книжках.

Прохор Евграфович, который теперь ночевал у них на диване и сторожил Борьку, как раз курил у ворот, спиной к дому. Борька переждал, пока тот совсем отвернется, и отправился прятаться в сарай. За ним увязался Валера. Борька сначала хотел прогнать его домой, но это же Валера, он никогда никого не слушает и делает только то, что сам хочет.

В сарае было пыльно и не очень холодно, пахло сухой травой, так что хотелось чихнуть. Борька сперва чихнул, а потом, усевшись на чурбачок, принял самое важное решение: раз взрослые никак не могут между собой договориться, он сам выяснит, где ему лучше жить. А для этого нужен научный подход, потому что дядя Сережа всегда говорил, что для любой непонятной ситуации нужен научный подход. А раз Борька твердо решил быть таким, как дядя Сережа, то и он должен использовать научный подход.

Поэтому Борька достал тетрадь, открыл ее и прилежно разделил карандашом страницу напополам. На одной половинке он написал печатными буквами, как учила Олька, «у мамы», на другой — «у тети пАлины», и начал записывать. Плюсы у мамы: мама, можно видеть маму каждый день, Чукша, можно будет завести жука-чернотелку или даже восемь. У тети Полины: Валера, Пивасик, Оля, Андрюшка, Васька, дядя Сережа, корова Пеструшка, Элен, Прохор Евграфович с настоящим пистолетом, его кровать, телевизор с мультиками, компьютер у Васьки, книги из библиотеки про динозавров.

Затем он посчитал, сколько с той и с этой стороны, пару раз, правда, сбился, но получалось, что по счету тетя Полина все равно победила.

Борька посидел, повздыхал, а потом посмотрел еще раз и понял, что здесь что-то не так. Наверное, этот способ неправильный. Потому что мама, наверное, должна весить больше, чем корова Пеструшка, но насколько — было непонятно.