Книга Несущий свет, страница 69 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Ничего я не вынюхивал. С вами общался… — попытался оправдаться я, но Вика слова сказать не дала.

— Вот скажи, — обратилась к шведке она, — что этот человек шастает ночами и был удивлен, увидев нас, так?

— Так и было, — легко согласилась шведка.

— И ребенка напугал! — подтвердила индуска.

Вика смотрела на меня с вызовом и ненавистью.

— Ну чушь же ведь собачья, — сказал я. — Вика, у тебя белая горячка? Надо меньше пить.

Лиза едва успевала переводить нашу перепалку. Дитрих слушал ее, замерев и не мигая. Стоило ей смолкнуть, он встал на мою защиту, рассказал, какой я отличный товарищ и как им с Керстин помог. И ничего я не вынюхивал, а пришел навестить его, а в номере их окна увидел сигнал…

Но Вика нашла, как наехать, воздела перст.

— Вот! Ему нужен был свидетель. Он понимал, что не протащит своих подельников всех сразу, втерся в доверие и вдруг — спасите моих друзей! А сам с ними заранее сговорился.

Семеныч внимательно слушал и Вику, и всех, кто был с ней не согласен, а я осматривал лица и жалел, что не умею читать мысли и не могу вычислить нашего общего врага. Больше всех меня изгнать хочет Вика, это странно и нелогично. Да и вообще, претензии ее какие-то… нелепые.

А может… враг вовсе меня не боится, а заинтересован, чтобы я остался, и он забрал бы мои достижения? Уровни, уники, что еще? Может, он и таланты умеет отбирать?

Кто он? Я всматривался в лица, подсвеченные голубоватым светом, силясь считать заинтересованность, но не мог выделить никого конкретного.

Когда спор утих, слово взял я:

— Спасибо за то, что приютили чету Киндерманнов и спасли их. Еще спасибо, что позволили принять душ и провести ночь в постели, не вздрагивая от каждого шороха и не опасаясь за свою жизнь. Если вы откажете в этом моим друзьям, утром я уйду с ними и поблагодарю за то, что позволили переночевать в коридоре. Уверен, мы не пропадем и при возможности поможем вам, если вы попадете в беду… — Сделав паузу, я посмотрел в глаза каждому. Умышленно говорил высокопарно, чтобы ненароком не задеть кого-либо. Все-таки тут представлено как минимум с десяток культур и стран. — А вот в вас я сомневаюсь, ну, что сможете за себя постоять. Подумайте о себе! Единственная возможность выжить, нравится она вам или нет — убивать зомби и становиться сильнее, принимая к себе выживших. Тогда, рано или поздно, остров будет зачищен. На нем можно будет начать строить мирное сообщество. Да, у вас уже есть крепкая команда, но без свежей крови она обречена. Хищники придут со дня на день. А мы, я о себе и своих друзьях, знаем, как выживать и побеждать. Теперь слово за вами.

Мнения присутствующих разделились. Самое идиотское, что прозвучало, ляпнула Вика:

— Подумайте, что случится с общиной, когда число русских станет еще больше!

Шведка, до этого не знавшая чью сторону принять, аж побледнела. Пугалка сработала! Ведь весь цивилизованный мир давно пугают русской мафией, а тут зарождалось ее подобие — в глазах иностранцев, разумеется. Так что, когда началось голосование, почти все они, включая Эстер, проголосовали против. И Вика с ними. Зато трое немцев, которые лично убедились в моей порядочности, были за.

Наши и филиппинцы, которым не разъела мозги многолетняя пропаганда — тоже за.

Я пересчитал поднятые руки. За нас было четырнадцать человек. Пятнадцать против, в их числе подросток, сын шведки. Результат странный, но неудивительный. Я погладил котенка, сидящего на коленях. Ни возмущения, ни злости я не испытывал, принял коллективное решение как свершившийся факт.