Онлайн книга «Вторая волна»
|
Юлия Шапошникова вела учет припасов с маниакальной дотошностью пожилой кладовщицы. В тот же день к ним прибился тридцатилетний белобрысый крепыш Славик — пьяница и хвастун, который почему-то называл себя «чистильщиком» и требовал особого отношения. Говорил что-то про инопланетян, систему, уровни, кредиты — бред сумасшедшего. Папаша выслушал его с интересом, расспросил подробности, напоил водкой. А потом, когда Славика совсем развезло, предложил: — Слушай, а давай проверим, кто тут главный? По-мужски, кулаками. Идея Славику понравилась. — Вы против меня? Ага! — Все трое? — прищурился Папаша. Пьяный дурак самодовольно кивнул. Но оказалось, что дураки здесь они, а не Славик, спокойно отметеливший и Папашу, и присоединившегося к нему Волошина. Вика насела на брата, истерично требовала, чтобы Бергман помог. Не меняя выражения лица, он подошел к дерущимся (остальные стояли в сторонке и наблюдали) и методично ударил Славика табуреткой по затылку. Дерево треснуло. Славик даже не покачнулся — только обернулся и усмехнулся окровавленными губами. — О, еще один! Давайте все сразу, суки! Удар Славика отправил Константина в полет. Тот врезался в барную стойку, почувствовав, как хрустнули ребра. Боль была знакомой — в детстве мать била его чем попало, и он научился ее игнорировать. Папаша и Волошин навалились с двух сторон. Бывший спецназовец применил удушающий прием, но Славик просто развел руками, разорвав захват. Локоть Славика встретился с челюстью Волошина — раздался хруст, и Андрей отлетел к стене. — Чистильщик я, понимаете? — рычал Славик, размахивая кулаками. — Боги меня выбрали! Я теперь сам как бог для вас! Папаша ударил его битой по коленям. Славик зашатался, но устоял. Схватил биту, вырвал из рук и переломил о колено. — Слабаки! Я вас всех тут положу! Константин поднялся, прижимая руку к ребрам. Взгляд упал на стойку с ножами — кухонные, для разделки мяса. Он взял самый длинный, примерился. Волошин очнулся и прыгнул Славику на спину, обхватив шею руками. Папаша навалился спереди, пытаясь сбить с ног. Славик крутился, пытаясь их сбросить, матерился и плевался кровью. — Сильный, падла! — рычал Волошин. — Ничего гада не берет, — прохрипел Папаша. Константин подошел сзади и воткнул нож под левую лопатку. Лезвие вошло на половину и застряло. Славик взревел, дернулся, но Волошин держал крепко. Папаша выхватил из кармана складной нож и полоснул по горлу — брызнула кровь. Но Славик не падал. Он захрипел, забулькал, кровь хлестала из раны, но он все еще стоял, размахивая руками, ругался и обещал выздороветь и всех порешить. — Чтоб вы сдохли… — прохрипел он. — Я… чистильщик… Тогда Константин увидел чудо впервые — рана на горле Славика начала затягиваться! — Бл…дь! Он лечится! — заорал Папаша. — Добивайте, быстро! Все трое навалились, повалили Славика на пол. Константин выдернул нож из спины и начал методично втыкать — в печень, в почки, в легкие. Волошин нашел арматуру и бил по голове. Папаша резал горло снова и снова, пока не добрался до позвоночника. Славик дергался, хрипел, пускал кровавые пузыри. Его глаза остекленели, но тело все еще пыталось двигаться. — Сердце! — крикнул кто-то из толпы. — В сердце его! Константин перевернул умирающего на спину, нащупал между ребер нужную точку и всадил нож по рукоять. Провернул. |