Книга Безымянный клан, страница 58 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Раньше разрешалось ловить только крупных лангустов, сейчас все запреты сняты. Начнем с того, чем омар или лобстер отличается от лангуста. Омар — такой огромный рак с клешнями, живет в холодной воде. Наш клиент — лангуст, у него клешней вообще нет, это такая здоровенная креветка. Ведет он себя так же: прячется между камней, но усы оставляет снаружи, потому найти его сложно, но можно. Ну а начнем с того, кто из вас умеет нырять хотя бы на два-три метра?

— Берешь и ныряешь, что за вопрос, — улыбнулся Рамиз.

Я чуял подвох. Сам нырял только с камней в море ради удовольствия, и то не головой, как местные парни, а ногами вниз и зажав нос.

— Ясно, — вздохнула Эля. — Все не так просто, чем глубже погружаешься, тем выше давление, и оно очень неприятно. Потому надо продуваться. Это несложно. Закрываем нос и рот и пытаемся медленно выдохнуть. Делаем!

Все зажали носы и начали продуваться. Когда повторили три раза, Эля сказала:

— Так, хорошо. Надо делать это перед нырком, а не во время. Если во время, голова должна быть выше ног. Усвоили?

Тетыща сосредоточенно кивнул, еще раз повторил упражнение.

— А как понять, что давление слишком сильное? — спросил он, демонстрируя свой методичный подход ко всему. — Есть какие-то признаки?

— Уши начнут болеть, — ответила Эля. — Если не продуешься вовремя, может барабанные перепонки повредить. Почувствовал боль — сразу всплывай и продувайся.

— Понятно, — кивнул Бергман и посмотрел на копье. — А острогу как держать под водой? Ей же сложно маневрировать.

— Держишь перед собой, параллельно телу, — Эля взяла свою острогу и показала. — Когда видишь цель, медленно подплываешь, целишься и резко бьешь. Главное — не промахнуться, под водой расстояния обманчивы.

— Ну, типа, я в детстве в бассейне плавал, — неуверенно сказал Рамиз. — Даже на дно ныряли за игрушками. Это же почти то же самое?

— Почти, — усмехнулась Эля. — Только там метра два, а тут десять. Там стоячая хлорированная вода, а тут соленый океан с подводными течениями. Там игрушки не убегают, а тут лангусты шустрые.

— Проще простого, — все так же улыбался Рамиз, но улыбка стала менее уверенной.

Вика вертела острогу в руках, попробовала ударить по воздуху.

— Прямо живого — острогой? — спросила она.

— Да, прямо так, — жестко ответила Эля. — Как зомбаков бить — так нормально, а еду — жалко?

— А если лангуст большой и вырывается? Держать его рукой или острогой прижимать?

— Рукой за панцирь, сзади, чтобы хвост не ударил, — объяснила Эля. — Они сильные, могут вырваться. Если совсем большой и агрессивный — пусть уплывает, не стоит риска.

— Риска? — переспросила Вика. — Какого риска?

— Хвостом могут сильно ударить, — пожала плечами Эля. — Или острогой можешь себя задеть в борьбе. Или воздух кончится, а ты увлечешься. Под водой все опаснее, чем кажется.

— Охренеть, — пробормотала Вика. — Думала, просто нырнуть и поймать.

— Если бы все было так просто, — усмехнулась Эля, — лангусты стоили бы как картошка.

Рамиз попробовал надеть ласты, но надел их задом наперед. Эля вздохнула, присела рядом, показала правильное положение.

— Вот так. Носок внутрь, пятка сюда. Чувствуешь, как ремешок натянулся? Вот так правильно.

Тетыща наблюдал за процессом, затем спросил:

— А если встретим акулу?