Книга Ночь хищников, страница 115 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Нам повезло, да. Три часа назад нам тоже повезло. На сколько еще хватит этого везения?

Я попытался снять доспех с ближайшего тела. Черная броня сидела на трупе, как вторая кожа, не поддавалась ни рукам, ни ножу. Когда подцепил «Изобретательностью», система выдала:

Предмет привязан к владельцу: разблокировка невозможна.

Вот же засада — такая броня решила бы нам кучу проблем в следующих волнах.

Зато плазмаганы привязаны не были. Подобрали мы их четыре штуки, все в рабочем состоянии, с зарядками. Мелочь, а приятно.

«Включить ремонтный модуль», — мысленно приказал я и активировал «Изобретательность». Лукас, который уже добрался до базы, молча встал рядом.

Вдвоем мы принялись латать пробоину в стене спального отсека — модуль сращивал разорванный металл, а «Изобретательность» ускоряла процесс, подсказывая, куда давить, где подпереть, какие элементы конструкции критичны. Вскоре к нам присоединился Мигель. Он инженер, и дело пошло быстрее.

Работа тупая, тяжелая, но купол начнет восстанавливаться, только когда прочность базы перейдет критический порог, а до этого — часа полтора, не меньше.

Тетыща первым вспомнил про пленных:

— Командир, они же там.

Мы вскрыли заваленный дверной проем. Из шести пленников трое были мертвы — задохнулись или сгорели, тела свернулись в неестественных позах, и по отсеку плыл запах, от которого подкатило к горлу.

Руфина сидела в углу, прижав к лицу мокрую тряпку, живая. На руках ее пузырились ожоги, но глаза были ясные.

— Извини, — сказал я. — Приходили другие гости, такие же как вы, по мою голову.

— Ваши гости оказался невежливым, — прохрипела она и издала смешок. — Мы хотя бы не ломали ваш дом.

Араб, которого Лиза привезла для «Перераспределения», нашелся в броневике — его оставили там перед боем, и он даже не понял, что произошло.

Я вышел на крыльцо. Купол не светился — база стояла голая и беззащитная. Где-то в джунглях ворочался Костегрыз, переваривая ужин, а в поле зрения мерно тикал таймер до четвертой волны.

Трехчасовая пауза на то, чтобы восстановить купол, подлатать людей, себя, перевооружиться. И молиться, чтобы четвертая волна оказалась слабее третьей. Потому что, если жнецы каждый раз присылают кого-то сильнее…

Я не стал додумывать. Просто сел на ступеньку, привалился спиной к стене и закрыл глаза ровно на тридцать секунд.

Потом встал и пошел работать. Возможно, мне удастся урвать еще часик в медкапсуле.

Голос Дитриха заставил меня вздрогнуть:

— Денис, все, что можно было сделать, мы сделали.

Я обернулся. Дитрих и Мигель стояли за моей спиной.

Мигель добавил:

— Восстановлена целостность стен, но «прочность» еще не устаканилась. Ну а внутренние работы… оставим их на потом.

Воцарилось молчание, после которого Дитрих показал на крышу модуля:

— Ремонтный дрон доделывает нашу работу, но «Стражи»… их придется починить тебе, Денис.

Неужели я так хреново выгляжу, что меня страшно беспокоить по любому поводу — а вдруг это будет последняя капля. И я подо…

Эффект «Отступника»: −10 % от «активности».

Поле зрения залило красным. Привычная уже тошнота прокатилась волной и отступила. Если бы не реанимационная капсула, я сейчас бы уже корчился в агонии.

Мысленно я вызвал таймер обратного отсчета: до следующей волны осталось два часа. Полчаса на ремонт, час на реабилитацию, сорок минут на подготовку к вторжению.