Онлайн книга «Ночь хищников»
|
— Свои, отставить! — рявкнул Тетыща, и свинья перестала визжать, просто застыла с открытой пастью, вся ее шерсть стояла дыбом, эльфийские уши растопырились. — Фу. Галя, какая ты негламурная, — пристыдила ее Вика. — Свои, — повторил Тетыща, указав на ящера. — Знакомиться! Галя не сдвинулась с места, таращась на чешуйчатое чудовище. — Ты расистка, Галя, — сказала Вика и подтолкнула свинью под зад. — Боевой питомец! — воскликнул Кема, как мне показалось, радостно. — А почему такой хлипкий? Когда он заговорил, шерсть на Гале опустилась, она то ли чихнула, то ли хрюкнула и пошла знакомиться с рапторианцем. Делала она это, как собака: тыкала в него пятаком, чихала. Причем чихала очень часто — видимо, Кема был слишком вонючим для нее. Наконец она отошла от рапторианца и улеглась подальше от него. — Мы туда проедем вообще? — прозвучал в голове голос Вики. — Конечно, они же проехали, — отозвался я. — Джехомар был на броневике, дорогу протоптал. В этот раз я остался в десантном отсеке с Кемой и Галей — уж больно там, впереди, тесно. Было темно. Высунувшись из люка, я изучал окрестности «Фазовым взглядом». Бездушные попадались редко, группа Тетыщи основательно проредила окрестности за день, но пару раз в свете фар мелькали фигуры, и Вика провожала их стволом, не стреляя. Работал пугач, и никто нас не беспокоил, даже Костегрыз не тронул бы, потому мы по этому поводу не переживали. Зомбаки были отожранные, их уровни перевалили за 30-й, и это хорошо — быстро наши отстающие прокачаются. Кема молчал. Ящер неподвижно сидел в кузове, и только чешуя на загривке подрагивала, реагируя на что-то невидимое. Я заметил, что он прикрыл глаза. Чувствует что-то? Или просто устал? «Активность» его застряла в девятом десятке процентов и поднималась очень медленно: 87,74 %… Когда Тетыща начал притормаживать, фары выхватили из темноты обгорелый остов броневика, упершийся в вывороченный пальмовый ствол. Крыша была проплавлена насквозь — скейровский излучатель прожег дыру размером с люк, оплавленные края торчали наружу рваными лепестками. Черная копоть покрывала борта, стекла выбиты, одно колесо сорвано с оси. Тетыща заглушил двигатель. Стало тихо, если не считать стрекота цикад и далекого рычания — Костегрыз бродит где-то рядом? Или просто ветер в кронах? — Я посмотрю, — сказал Бергман и полез наружу. — Вика, прикрывай, — распорядился я и вылез следом. Запах я почувствовал сразу — горелый металл, пластик и что-то сладковатое, от чего к горлу подкатила тошнота. Тетыща подошел к пролому, заглянул внутрь и застыл, светя внутрь фонариком. Несколько секунд стоял молча, а потом аккуратно, почти бережно полез в кузов. Я не стал смотреть. Отвернулся и столкнулся взглядом с Кемой, который бесшумно выбрался из «амфибии» и стоял рядом, принюхиваясь. Из ноздрей вился темно-серый дымок — цвет, которого я у него раньше не видел. Скорбь? Стыд? Я не знал рапторианских эмоций настолько хорошо, чтобы угадать. И «Космолингвист» что-то перестал расти. Минуту спустя Тетыща выбрался обратно. В руках он держал останки, завернутые в кусок брезента. — Роберто рядом, — сказал он ровным голосом. — Заберем обоих, — ответил я. — Используем брезент из кузова. Вика, помоги Косте. Пока Вика с Тетыщей возились внутри остова броневика, я стоял у машины и контролировал периметр. Тишина давила, и в этой тишине я уловил странный звук — причем не из джунглей и не от «амфибии». Тонкий, нарастающий свист, от которого заныли зубы. |