Книга Голодные звёзды, страница 125 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

Позади громыхнуло, закричали, послышались удары, будто кто-то бил в барабан, — бездушные лишались жизни. То есть «активности».

— Что делаем? — спросил Рамиз. — Прочесываем территорию? Так она слишком большая.

Сергеич стукнул себя в грудь.

— Я должен почуять! Меня ж такое не берет.

Макс предположил:

— Думаю, что с наибольшей вероятностью аномалия возникла в эпицентре.

Его голос прозвучал в голове:

— Прием, прием! Это я проверяю, есть ли связь, не глючит ли систему жнецов.

— Слышу тебя, прием! — отозвался Сергеич, потоптался и добавил с опаской: — Ща дальше пойду.

Он пробежал метров пятьдесят. Голос его по-прежнему слышался отлично.

— Кароч, народ, — предложил он. — Я прошвырнусь бегом к этому центру, пошарюсь там. Если че-то есть, почую и вам скажу. Лады? Денису рисковать нельзя, а меня не жалко. Семецкий так сказал и подарок получил, я тоже хочу.

В отличие от остальных, Юрий свою осу с собой не взял — то ли не освоился с управлением, то ли просто не понимал, что ее надо прокачивать.

— Да, тебя не жалко, дед-пердед, — не удержалась от шпильки Вика.

Сергеич осклабился и сделал пару возвратно-поступательных движений:

— Иди сюда, лахудра, покажу, какой я теперь дед! — Он схватился за ремень.

Вика закатила глаза. Обмен любезностями состоялся.

— Все, Сергеич. Харэ кокетничать, — улыбнулся я. — Благословение от Вики ты получил.

Пролетарий указал на Галю:

— Пусть Галочка со мной пойдет. Я видел, как она картоху находила. Пригодится.

— Свиноматку не трожь! — раскинул руки Репях. — Ей ще рожати! Кроме нее, некому повышать поголовье свиней.

— Сергеич, давай уже отчаливай, — сказал Рамиз. — Или трусишь, специально время тянешь? Мужчина ты или кто?

— Это я-то? Ха! — сказал Сергеич и гордо зашагал по пустоши.

Человек больше полувека прожил, а ведется на слабо, как подросток. Однако Рамиз был прав: стремновато. Потому что вдвойне страшен невидимый враг, а так непонятно, с чем придется столкнуться. Потому я крикнул Сергеичу:

— Пролетарий, ты там осторожнее! Не геройствуй.

Ко мне присоединилась Вика:

— Увидишь титана — не убивай, пощади!

— Тряхни пороховницами! — прокричал Макс и добавил мой боевой клич: — Нахум Панганибан!

Мы смолкли, наблюдая, как отдаляется фигурка Сергеича. На абсолютно гладкой плоскости она была отлично видна, даже когда превратилась в темную точку, которая двигалась ко второй точке — броневику, на котором уехал Мигель.

— Ты это, отчитывайся! — услышал я голос Вики в голове.

— Да ниче тут, — говорил Сергеич. — Сначала было ссыкотно, потом стало ясно, что фигня, пусто. Так пусто, что ссыкотно, как по большому трупу шаришься. Ва-ще го-ляк!

Судя по заиканию, он бежал.

— Там, в эпицентре, — броневик? — спросил я.

— Типа да, но непонятно, целый ли.

— Ты осторожнее там, — дал напутствие я. — Не вляпайся в аномалию.

Мне думалось, что там аномалия, которую Сергеич точно заметит.

— Добежал, — ответил Сергеич. — Броневик целый. Должен завестись. Обратно на нем поеду.

— Что ты видишь? Есть подозрительное?

— Ни хрена. Ваще ни хрена, только бэтээр. Ща гляну, вдруг они там, хе, дрыхнут.

Судя по сопению и перерывам между словами, он полез на броневик, говоря:

— Залез. Только целовать не буду спящих красавцев. На это Вика есть… Пусто внутри. Стреляных гильз нет, следов борьбы тоже. Ща прошвырнусь пешком.