Книга Голодные звёзды, страница 80 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

— Жилой берем первым: сорок коек лучше двадцати, остальных пока разместим как-нибудь. Подумаем об этом позже. Покупаем!

Восемьдесят миллионов списались со счета.

— Давай сперва самое нужное, остальное — если денег хватит. Необходимое по мере актуальности: «Маскировочный экран», «Ремонтный дрон II», «Расширение медблока», «Радар дальнего обнаружения», «Лаборатория алхимии».

— Четыреста пятьдесят пять миллионов минус, — отчитался я.

— На карцер хватает, — сказала Лиза.

— Пленных у нас не предвидится, так что ну его. Лучше купим экипировку для новеньких или уровни отстающим. Качаться-то не на ком.

Внимание, чистильщик Денис Рокотов!

Запущена установка оборонительных модулей III ранга:

— «Расширение жилого модуля II»;

— «Расширение медблока»;

— «Маскировочный экран»;

— «Радар дальнего обнаружения»;

— «Лаборатория алхимии»;

— «Ремонтный дрон II».

Расчетное время монтажа: 30 минут. На время монтажа защитные системы базы переведены в режим ограниченного функционирования.

В клановом чате я объявил, что процесс запущен, перечислил улучшения базы. Сергеич тотчас отозвался:

— Празднуем!

В этот момент из лазарета приковылял помятый, но не сломленный Семецкий. Ситниковцы окружили его, стали жать руки, хлопать по спине.

— А есть че выпить? — спросил Макс у меня.

— Надо Сергеича потрясти. Вдруг он раскулачится.

— Как Буратино. Я понял, ща вытрясем.

Макс побежал к базе. К шашлыку сместился Рамиз и задумчиво проговорил:

— Эх, мало времени прошло. Мясо будет жестким.

— На дольше хватит, — успокоил его Вечный. — Ну что, на решетку?

Шампуров у нас не оказалось, пришлось пользоваться решетками.

Из базы вышли Макс и Сергеич с бутылками в ведре. Это был местный ром. Два приятеля, передавая бутылку друг другу, прикладывались к горлышку.

— Как там колбаса? — крикнула Вика, подбрасывая в костер ветки.

Они были сырыми, потому дымили. Рамиз выложил первые партии шашлыка, который не только жарился, но и коптился.

Народ налетел на алкоголь, кроме монахинь, наблюдающих без осуждения.

— Друзья! — проговорил я, и Вика поднесла мне пластиковый стаканчик с золотистой жидкостью. — Это были самые сложные сутки в нашей жизни. Мы сделали невозможное. И не только отбились, но и обрели новых боевых товарищей…

Я представил Ситникова, и он рассказал о себе и своем клане. Потом настал черед Анны, и она, распространяя волны умиротворения, поведала о «неактивных членах», которые ждут воссоединения с нами в пещерном монастыре в Греции и находятся в относительной безопасности.

Выпили за новеньких. Потом — за удачу. Третий тост был грустным: мы помянули павших, в первую очередь Джехомара.

Пока я говорил, надо мной с мерным гудением летали осы, нарезали круги, как воздушные акулы, будто понимая, что я задумал.

Им нужен был новый хозяин, который не поленится их прокачивать. Это, собственно, и есть мой сюрприз для отличившихся: пусть занимаются.

Я скосил глаза на клетку, которую мастерили филиппинцы, и, к своему удивлению, обнаружил там не поросят, а местных кур, тощих и облезлых. Точнее, рыжего петуха и двух курочек.

Это сбило меня с мысли, и я запнулся. А потом вспомнил и мрачно объявил:

— Если я правильно посчитал, народ, у нас часа два до прибытия следующей волны чистильщиков. Они придут за головой рапторианца Кемы.