Онлайн книга «Маджуро»
|
— Признай, Приска, что у тебя нет ни единого шанса выплатить виру, — размеренно вещал вкрадчивый мужской голос. — Ты хочешь, чтобы твоего сына отправили на рудники? — Ты бредишь, Неманья, — устало и тихо произнесла мать. — Все знают, что Лука увечный от рождения. Как он мог покалечить твоего сына? — Хочешь сказать, что Карим мне лжет, женщина? Мой сын никогда не лжет! Твое отродье сломало ему ключицу! Оплатишь лечение и выплатишь штраф. — Сколько? Лука почувствовал в голосе матери обреченность. Семьдесят пять серебра за Кору еще даже не были собраны… — Семь золотых. Никаких отсрочек. Плати сегодня, сейчас же!.. — Неманья умолк, хмыкнул и добавил: — Или заходи ко мне после полуночи. Отработаешь! Мать промолчала, и отец Карима принялся уговаривать: — Приска, послушай… Будешь старательной и послушной, и, может быть, я скощу долг. Что скажешь? Ответила ли что-то мать, Лука не расслышал, но о том, зачем хозяин трактира пригласил ее к себе, он знал наверняка, не маленький. Самому об этом пока только мечталось в беспокойных и потных снах, но мама и жирный Неманья в одной постели? Жаль, отца нет рядом, чтобы… Зато есть он! Разозлившись на самого себя, он ворвался в дом, когда Приска уже решилась на то, чтобы согласиться. Неманья уже успел забраться ей под юбку. От ярости у Луки распахнулись глаза. Тяжело дыша и сжав кулаки, он закричал: — Отвали от мамы, мерзавец! Убери свои грязные руки! — Шустрый пацан. — Трактирщик ухмыльнулся, но руки убрал. — А что скажет она сама? Приска, что ты скажешь? — Она скажет: «Вон из нашего дома!» Мама к вам не придет, и не мечтайте! Ваш сын и его друзья сами закидали меня камнями и чуть не убили! Голову разбили! — Надо же, — изумился Неманья. — И правда, ходить начал. А я думал, врет мой сорванец, выдумал все. А оно вон как… Что ж, и где же твои синяки? Есть чем слова подтвердить? Лука потянулся к виску, чтобы раздвинуть пряди волос и показать рану, но замер, вспомнив, что все исчезло. — Они… зажили, — сбивчиво произнес он. — Я не вру… — Так я и думал. — Неманья перевел взгляд на Приску: — Что решила? Та украдкой бросила взгляд на сына, и усталое равнодушие к ударам судьбы, покорность, с которой она была готова принять грядущие унижения, смущение от этой готовности — все сменилось гордостью. Впервые за многие годы она увидела в Луке черты своего мужа Севера Децисиму, храбростью, великодушием и мечом завоевавшего положение в обществе и ее сердце. — Мой сын ответил за меня. Нет! — Ну, нет так нет, — легко согласился Неманья. Грубо сдвинув плечом мальчика, он прошел к двери, но остановился, подумал и развернулся. — И все-таки… Это… Я что мыслю… — Трактирщик прищурился, осмотрел Луку с ног до головы. — Как? Вот так просто взял и пошел? Не в храме, не у лекаря, а сам? Неужели, чтобы излечить калеку, потребовалось просто хорошенько врезать ему по башке? Надо бы запатентовать эту идею! — Он расхохотался. — Ладно, живи, пацан… пока. Приска, к вечеру не принесешь деньги — я отправлю-таки твоего ублюдка на рудники. Ты знаешь, у нас, Ковачаров, слово крепче дуба! Уходя, он громко хлопнул дверью. В тот же миг перед Лукой всплыла строчка:
Связав эту информацию с тем, что произошло чуть раньше, Лука понял взаимосвязь двух событий. Кивнув самому себе, он подошел к матери, поставил на пол ведро с чистой водой, которое все это время держал в руках. Тыльной стороной ладони утер слезы с ее щек и обнял. Крепко прижал к себе, осознавая, что они одного роста. Мать разревелась в голос: |