Онлайн книга «Маджуро»
|
— Повелитель отдыхает и велел его не беспокоить! Он отдал много сил и… соков, Нем, — пропела Кейриния и рассмеялась. — Ему нужно поспать. — Как скажете, госпожа, — надтреснутым голосом ответил старик. — Если желаете, я принесу все и накрою для вас столик прямо здесь. — Какой ты милый, Нем… — прожурчал смех фаворитки. — Спасибо, я лучше вернусь к себе… Голоса затихли. Метаморфизм продолжал перебирать варианты противодействия токсину, зациклившись на данных, полученных в момент отравления. Способность продолжала пытаться восстановить организм, но все было тщетно: каскадное разрушение клеток шло слишком быстро. Неорганических резервов, то есть, энергии Колеса, питающей все способности странников, не осталось. Она, конечно, восполнялась, но медленно. И скорость эта была постоянна в любом из миров в теле любого из носителей — примерно один процент резервуара за сутки с небольшим (по счислению мира Луки). Лишь когда процесс вплотную приблизился к точке невозврата, и разрушение мозга могло повлечь распад личности и перенос сознания, метаморфизм обновил данные окружения.
Строчки логов замелькали в остекленевших глазах Луки. Если бы метаморфизм мог петь, он бы это делал. Ни в одном из миров, известных Колесу, где властвовал разум подобный тому, что на этой планете, токсинов, похожих на введенные в организм носителя, не существовало. Впрочем, метаморфизму было плевать. Несуществующий антидот нашелся. Выделив активное вещество, способность мгновенно распространила его по всему телу. Информация о структуре соединения ушла в базу данных Колеса. Убедившись, что алкалоид нейтрализован, метаморфизм включил регенерацию тканей на полную катушку, используя каждую накопившуюся долю процента энергии Колеса. Он успел — мозг остался цел, а сам император очнулся за несколько мгновений до окончательной смерти в этом теле и переноса сознания в следующий, второй для него мир. Помутившимся взглядом Маджуро осмотрелся и попытался встать. Глаза налились кровью, ватные ноги не слушались, и он едва не упал. Остановившись, он долго стоял, прислушиваясь к собственному тяжелому дыханию и набираясь сил. Удивительно, но Лука помнил каждый миг, проведенный им на пороге жизни и смерти. Разве что воспринимал себя не действующим лицом, а зрителем. И в этой ипостаси ему удалось разглядеть каждую деталь вплоть до мельчайших мимических морщин в уголках глаз Кейринии. Придя в сознание, он стал ходить по комнате, яростно чеканя шаги и играя желваками. Морща лоб, император раздумывал о наказании для той, что так подло и почти удачно попыталась его убить, и о том, как прекратить покушения. Он даже с тоской вспоминал спокойные и безмятежные дни в теле парализованного калеки. Но ностальгировать было не время. Долго копившаяся злость переполнила Луку и хлынула наружу, выбрав целью фаворитку. Но то и дело проскальзывали мысли о том, можно ли теперь считать Кейринию его первой женщиной, а его самого более не девственником? Лука решил, что нет, — по многим причинам. В первую очередь из-за незавершенности акта, а во вторую — из-за подозрений, что это должно происходить немного не так. Не туда, в общем. Определенно, это делается не так. Все у аристократов через… неправильно. |