Книга Вида своего спаситель, страница 139 – Данияр Сугралинов

«Твою мать, ты о гиперкубиках?»

«Да, друг?» — откликнулась Мария, но, поняв, что слишком буквально поняла мою мысль, умолкла.

«Именно, — ответила Алиса. — То, что гиперкубы дружелюбны к тебе, не значит, что они не в состоянии поглотить и преобразовать в себя немертинов. Даже нам страшно представить их возможности. Причем, учитывая, что они существуют в бесконечном числе измерений… Это только предположение, но гиперкубы могли выявить все квантовые связи и уничтожить все Очаги во всех галактиках».

Я долго боролся с соблазном вернуться и все-таки кардинально закончить дело. Но кем я буду в глазах тех же спиннеров, если так поступлю? Уж точно не тем, кому можно доверять. Нет, договор есть договор.

Но гиперкубики! Ну и монстра я приручил… Такой красавец, и все еще безымянный! Нужно дать имя. Вот только кому: ему, тому первому гиперкубику, решившему, что я его родитель, или всем им, что стали частью модуля? Хотя все равно, наверное, они одно целое. Гипер… гипер… Ага.

— Эй, кубик! Нарекаю тебя Гиперионом!

Голоэкран панели управления дернулся, и на нем появилось три символа:

:-)

— Кажется, имя ему понравилось, — пробормотал я, устав удивляться. — Гиперион, слабо прыгнуть сразу к Ингусу? Из этой галактики — сразу в нашу?

Даже спиннеры не успели среагировать, когда обзорная панель сменилась синевой гиперпространства, а через несколько секунд я увидел Ингус — планету, которую люди назвали Базаром и где меня ждала Лекса.

Галактику и человечество спас, осталось убедиться, что немертины меня не обманули, вернуть реликты Опустошителям, вида своего первым, ну и заодно проверить, что записано на втором информационном стержне из артефакта Предтеч. А еще нужно найти пропавший человеческий лайнер.

Но все же сначала — пара дней передышки.

Снова подумав о Лексе, я невольно улыбнулся и решил, что «Энергию Предтеч» верну чуть позже. Надо испытать ее в другом деле.

Рехегуанский клан Джехека стал на своей родной планете не только изгоем, но и предателем. То, что клан присваивал себе находки, найденные на планетах Предтеч, для рехегуа было нормально, как и то, что Джехека искусно лавировали между враждующими рехегуанскими кланами, умудряясь сохранить нейтралитет и прилично заработать. Даже на связи с Опустошителями закрывали глаза, все равно доказательств этим слухам не было.

Чего не потерпели на Са’Иха, так это того, что Джехека приняли к себе представителей других рас Коалиции: сначала дерзкого и воинственного рапторианца, потом тру-каккерлака, а дальше счет инопланетянам в рехегуанском клане потеряли, их стало слишком много, и все нагло разгуливали по улицам Корасо, сердца рехегуанского Ядра кланов.

Новый дом Джехека нашли на Ингусе. Их лидер рехегуа Немукко сейчас сидел передо мной и рьяно торговался. Составивший мне компанию Убама, который и рассказал об этом клане, молча краснел, что выражалось в скрежете суставов, и стыдился соплеменника. Хотя, может, стыдился и другого — что бросил меня на безымянной планете наедине с Гиперионом.

— Несогласие: нет, хомо, ты просишь о невозможном, — сказал Немукко.

В черном стержне с квадратным сечением он опознал носитель информации Предтеч, считывать которые его клан умел и, более того, сделал на этом имя.