Книга Вида своего спаситель, страница 159 – Данияр Сугралинов

— У тебя?

— Нет смысла скрывать то, чему все равно уже не суждено свершиться, так как оно произошло. Я — мы — все, что осталось от Пирамиды, рассчитывали, что лучший из вас станет оболочкой для Разума, а сам последний вида своего первый сольется с нами.

— Что мешало просто создать себе новое тело и вооружить его всеми реликтами?

— Ты неверно понимаешь, как они создаются. Каждый реликт создается самим вида своего первым в момент инициации, а активация нашего артефакта генетическим кодом такого первого запускает этот механизм. Так решили те, кто стал моей частью, а когда части стали целым, изменить что-то было уже невозможно. Я — мы — изменился. Эпохи, прошедшие с создания Сидуса, всходы посеянных семян, волнами прибывавшие сюда, а потом вливавшиеся в меня — все это меняло меня, и я уже не тот, кем был в самом начале.

У меня по коже пошли мурашки. Только что Разум подтвердил, что поглотил все прошлые цивилизации, приходившие на Сидус до нас. То, что рассказал Хфор, оказалось правдой. И Разум так просто в это признался.

— Я чувствую твое негодование, — сказал он. — Но ни одна раса не стала моей частью по принуждению. Всегда это был выбор самих представителей расы. Это происходит не одномоментно. Разумные, благодаря моим технологиям, жили тысячи и десятки тысяч лет, прежде чем принимали такое решение. Отказаться от индивидуальности ради возможности жить вечно, слиться в едином сознании с триллионами и триллионами прошлых поколений галактических рас, получив доступ ко всей накопленной в галактике информации и имея при этом возможность в любой момент вернуть индивидуальность, чтобы снова ощутить плотские радости — никто не в силах отказаться от такого. А те, кто отказались, постепенно вымирали, так как лучшие их представители их покинули, слившись со мной.

— То есть, если захочу, я тоже могу это сделать?

— Нет. Для этого ваше поколение должно достичь сингулярности, а вам до этого пока далеко. Вы слишком юны. Все вы — от хомо и рехегуа до рапторианцев и огья.

— Черт с ней, с этой сингулярностью! Лучше объясни, неужели ты не опознал в гурита тембианцев?

— Нет, — просто ответил Разум. — Технологии тембианцев превосходят мои возможности.

— Чем же? Они даже не знают о сгибателе пространства.

— Не знал и я, пока ты его не нашел.

— Не понимаю…

— Технологии, которые вы находите в артефактах, результат мыслительной деятельности сверхмощного искусственного интеллекта самого артефакта. Их не существовало во времена Пирамиды.

Ошарашил так ошарашил. Я удивленно почесал затылок, но пробиться через покрытие гиперкуба все равно не удалось. Почувствовав мое желание, Гиперион сам почесал мне затылок.

Так-так… Получается, все эти артефакты — просто запертые ИскИны, которые миллиарды лет придумывали новые технологии? Наверняка они еще и взаимосвязаны — только этим можно объяснить то, что каждый раз я получал нужную мне технологию.

— Так вот, возвращаясь к гурита. Даже если бы я опознал в них тембианцев, все равно ничего бы не предпринял. Невмешательство в ваши дела — главное в моем существовании. Каждая волна новой разумной жизни должна сама справиться со своими проблемами. — Помолчав и не дождавшись новых вопросов, он сказал: — А сейчас прими награду за все, что ты сделал.