Книга Вида своего спаситель, страница 83 – Данияр Сугралинов

— Расскажи, что произошло! — потребовал огья Викириа.

— Да будет твой рассказ максимально подробен и детален, — присовокупил Туканг Джуалан.

Быть максимально подробным и детальным не в моих интересах. И Разум, и советники пока не догадываются, какую смертоносную сущность я в себе ношу, а Алиса, словно почувствовав, как ускорилось мое сердце, пошевелилась, внимательно слушая и готовясь сделать убийственный бросок через параллельное измерение.

Терять мне было нечего, поэтому я решил быть предельно откровенным… но не упоминать спиннера. Мой симбионт, моя девочка, чей голос слышал только я в своей голове, пекущаяся о моей безопасности, не знающая никого ближе меня и называющая меня Большим другом, стала мне очень дорога. Почти так же, а может, учитывая ее разумность, даже ближе, чем хомяк Тигр, который, предатель, уже променял меня на Лексу.

— Советник рапторианец Туканг Джуалан, четыре по четыре кебаха его дню, знает, каким статусом я обладаю, — начал говорить я. — В цивилизации хомо я вида своего первый.

Если кто и удивился, то виду не подал. Однако их внимание стало таким пристальным, что я физически ощутил желание огья Викириа покопаться во мне и жажду вольтрона Слахфиира вытрясти из меня душу. И это было понятно — о вида своего первых знают немного. По крайней мере, если судить по Кодексу.

— Достоверно известно только о четверых все еще живых вида своего первых, — чуть подумав, сказал вольтрон Слахфиир. — Их имена известны каждому, как героев и чемпионов своих рас. В порядке получения этого статуса это рапторианец Дук Хутан, огья Баталиа, вольтрон Фасте Фехтер и да’ари Лай’мир. Первые три, несмотря на отменное здоровье и долголетие, дарованные Сидусом, ввиду своего преклонного возраста предпочли деятельности в космосе жизнь на родных планетах. Да’ари Лай’мир поссорился с консервативным правительством Великой стаи и, собрав своих последователей, колонизировал другую планету, основав Галактическую стаю да’ари, цель которой — активная экспансия в галактике.

— Что произошло с остальными? — спросил я.

— Великий воин рехегуа Ипепо Хаимбе погиб при так и не выясненных обстоятельствах, как и ангел Уриэль. Та же судьба, возможно, постигла кур’лыка Кайлана Дишибина, наоту Зу, крепака Уантежа, кускркскумиикру Шикру и анеа Икрана Дикана. Есть шанс, кто-то из них еще жив, но доподлинно это неизвестно — уж слишком долго никто от них ничего не слышал, даже самые близкие родственники и друзья. Даже у каккерлаков сгинул тот, кто достиг звания вида своего первого, но он погиб, так и не покинув пещеру с реликтом, и по понятным причинам не увидел награды Разума.

Из всех его слов больше всего меня поразило то, что кур’лык Кайлан Дишибин — вида своего первый. Но ведь это звание у кур’лыков принадлежало Анаку Чекби! Иначе откуда у него наградные реликты? Бездна, я что-то совсем перестал понимать логику кур’лыка. Либо, что вполне возможно, у вольтрона Слахфиира ошибочная информация.

— Думал, что вида своего первые не распространяются о своем статусе. — Я озадаченно почесал затылок. — А все их имена, оказывается, известны.

— Сейчас не распространяются, это опасно, — недовольно поправил Слахфиир. — В прежние времена это звание носили с гордостью и ни от кого не скрывали.