Онлайн книга «Кирка тысячи атрибутов»
|
После чего, развалившись на диване, с некоторой завистью принялся наблюдать за тем, как его варвар с друзьями уютно расположились вокруг «Костра путника». Огонь требовал дров и огнива и служил почти бесплатным средством регенерации – на пятнадцать процентов ускорял восстановление жизни и маны. Хас лениво препирался с Крамом, а Мико прикрыла глаза, положив голову на колени Гора. Чуть в стороне в позе лотоса сидел Восимбо и восстанавливал ману. Монах ощутимо прокачался и теперь мог применять «Целительное озарение» вдвое чаще, но ресурса хватало лишь на пару бафов и три полных исцеления. Так что, когда шкала маны Восимбо обнулялась, а зелья жизни и маны были на откате, приходилось разводить костер и восстанавливаться самим. Как сейчас. Едкие пустоши кишели монстрами от 45-го уровня и выше – самое то для текущего прогресса группы Гора. Но фарм здесь был опасен не только мобами. Местность выглядела кошмарной даже с экрана телевизора. Из растительности тут встречались только омертвевшие стволы деревьев и пучки хищной рыжей травы, торчащие на оплавленных, похожих на груды застывшего воска камнях. Повсюду темнели ядовитые озера, выстреливающие едкими газами, которые, видимо, и дали название всей локации. Частенько встречались проклятые, кем-то заколдованные места, недоступные взглядам играющих с полным погружением, зато отлично заметные Егору: подняв камеру повыше, нетрудно приметить пятно, которое будто курится испарениями. Если попасть в такое – поднимет, скрутит в бараний рог и долбанет оземь. Фатально. — Какой-то постап[98] тут, – заметил Крам, словно услышав мысли Егора. — Ага, как в «Пикнике на обочине», в Зоне, – ответил Хас. Повисло удивленное молчание, и стрелок возмущенно пояснил: – Что? Что я, книг не читаю, что ли? — Говорю же, академик! – напомнил о себе Торфу. — Что за «Пикник на обочине»? – встрепенулся Восимбо и подначил: – Русская азбука так называется? — Не, букварь был первой прочитанной книгой Хаса, – хихикнула Мико. – А он о другой – о второй… — Что?! – выпучив глаза, возмутился Хас, сделав вид, что обиделся. – Да я знаете сколько книг прочитал?! Тысячи их! — Он точно про книги? – не поверил монах. – Может, все же о комиксах? — Точно! – рявкнул стрелок, после чего отверг инсинуации и принялся рассказывать о книге, хотя об этом никто не просил. Слушая его, Торфу отпускал ехидные замечания, а Крам вступил сам с собой в ненужное препирательство о постап-фантастике, которая «себя исчерпала». Мико резонно напомнила, что Стругацкие творили больше полувека назад, а Хас занялся просвещением Восимбо, рассказывая о распавшемся Советском Союзе и «Сталкере» – фильме и почти одноименной компьютерной игре. Об игре Восимбо что-то слышал, но выяснилось, что он перепутал ее с Fallout. В общем, все шло как обычно. Слушая их вполуха, Егор покрутил камеру, заодно вспоминая, чего им удалось добиться за последние дни. Планируя свой поход, они не учли важной детали: в диких локациях нет кладбищ. К примеру, в Железных горах, куда они заглянули попробовать свои силы на горгульях 40-го уровня, погиб Хас. Навыка воскрешения у Восимбо не было, а аналогичные свитки встречались на аукционе очень редко – разработчики, казалось, делали все, чтобы игроки относились к смерти персонажа серьезно. Хорошо хоть, довели до автоматизма удобную тактику: погибая, отправлять вещи, что не привязаны к душе, на аукцион по завышенным ценам, чтобы те не выпадали. Уж лучше потерять процент на комиссии аукциона, чем экипировку. В дальнейшем они планировали не скупясь привязать все ценное. |