Книга Герой, страница 130 – Данияр Сугралинов

Что-то уловив в выражении моего лица, Антон все-таки решает рассказать подробнее о клубе и мероприятиях, которые в нем проводятся – о ежедневных турнирах с разным призовым фондом, а соответственно, стоимостью взноса, о крупных чемпионатах, разного рода «плюшках», которые получают постоянные члены. Главное, что я успеваю уяснить, – это то, что в полночь начался турнир для хайроллеров^[27] с гарантированным призовым фондом выше ста тысяч долларов. Участие стоит две тысячи долларов, и я еще могу успеть зарегистрироваться, поскольку по правилам турнира в первый час разрешены «ребаи», то есть можно докупить фишки, если все проиграл. Но только в первый час. И этот час уже почти завершен.

Пока мы общаемся, Генка уже успевает перевести всю нашу наличность в фишки.

— Спасибо, Антон! Было очень познавательно! – благодарю я парня и буквально тащу Генку поскорее в зал.

— Фил? – недоумевает он.

— У нас пятнадцать минут, чтобы удвоиться. У них тут турнир со «входом» в два косаря, понял? С ребаями, так что можем успеть!

Друг понимает меня с полуслова. Удвоить наш банк за пятнадцать минут – задача непосильная даже с интерфейсом, но мы с Хороводовым всегда были авантюристами.

Первая же дверь после ресепшена ведет в большой зал с островками яркого света и игровыми столами. Народу – и это в буднюю ночь! – очень много. Шелестя и перестукивая прокручиваемыми в руках фишками, переговариваются игроки, монотонно что-то бубнят крупье.

— Сюда! – сориентировавшись первым, Генка тянет меня за стол со свободным местом.

Крупье как раз подводит итоги раздачи, отлично. Сажусь, выкладываю фишки перед собой – я в игре. Стараясь сохранять равнодушную физиономию под изучающими взглядами партнеров, перебираю фишки, изображаю нервозность и волнение – кусаю губы, хмурю лоб.

Ставки не очень высокие – пять-десять долларов, и без олл-ина успеть на турнир мне не светит.

Ни первая, ни вторая раздача не дают мне ничего, с чем стоило бы идти на риск. К счастью, то же самое у оппонентов, все сбрасывают, и много времени не уходит. Третья раздача дает мне три «короля» на флопе, причем общие карты пока закрыты, а у меня на руках пока только «пара». Отвечаю.

То же самое делают еще три человека, а четвертый – лощеный молодой человек в солнцезащитных очках и футболке со стразами G-Star – повышает ставку – «рейзит» до пятидесяти долларов, причем без всяких на то оснований. Блефует! Да, у него ничего нет, и его ход – лишь попытка спугнуть и заставить нас сбросить карты. То, что надо!

Его блеф почти успешен: все, кроме меня, сливаются. Я же, как неуверенный шахматист водит фигурой над доской, долго «думаю», решая, сбросить ли мне или рискнуть, ответив на повышенную ставку. Краем глаза ловлю легкую ухмылку Стразика, как я его про себя назвал. Генка, нетерпеливо бьющий копытом в пол, яростно шепчет в ухо, что время поджимает.

Отвечаю. Теперь, когда нас только двое, я могу точно понять, какие в итоге комбинации будут у меня и у Стразика. Я останусь с тремя «королями», а вот ему на «тёрне» придет двусторонняя заявка на «стрит», и моя задача – чтобы он играл до конца.

После вскрытого флопа «чекаю», то есть передаю ход ему, не делая ставок. Не моргнув глазом Стразик повышает до двух сотен. «Поколебавшись», отвечаю на его ставку. За спиной раздается звук удара ладонью о лоб, будто Генка прибил комара.