Онлайн книга «Герой»
|
Интерфейс был в своем репертуаре, и все нюансы мне пришлось выпытывать у Марты. — Да, Фил, клан – а такое название для группы связанных общим интересом людей выбрано только из-за твоего игрового прошлого – можно развивать. Это повышает коэффициент синергии вашей команды и может дать определенные клановые навыки и умения, – сказала она. — А как его повышать? — Совокупность факторов. Как ты наверняка заметил, у клана две ветки развития: собственно, сам уровень, который прокачивается рядом известных тебе факторов – от оборота и количества сотрудников до процента удовлетворенных клиентов и известности, то есть репутации. Это обычные в вашем мире признаки успешной компании. И уровень социальной значимости. — А что с ним? Я имею ввиду, как он прокачивается? — Фил, дурашка, – засмеялась Марта. – Тебе ли не знать? Если деятельность вашей компании будет значима не только для вас, как акционеров, но и для общества… — Мы станем социально значимы. — Правильно. Но не станем, а уже стали. Пусть клан важен пока только для вас и тех немногочисленных клиентов, чьи проблемы вы решаете, но… — Я понимаю. Не отпуская Марту, я посмотрел индикаторы опыта обеих веток развития: Очков опыта до следующего уровня клана: 0/2000. Очков опыта до следующего уровня социальной значимости клана: 860/2000. — Ноль опыта в ветке уровня клана? — Уровень клана обновляется раз в месяц. Уровень социальной значимости – как обычно, после каждого изменения… Мы поговорили бы еще, но мои запасы духа садились, и пришлось с Мартой попрощаться. «Полигон», поиск клиентов для Кеши и работы для клиентов, мониторинг клана и долгое копание в настройках – все это создавало перманентный дефицит источника энергии для всех взаимодействий с интерфейсом. А еще я очень устал. * * * Последний рабочий день этой недели – пятница. Пока в нашем новом офисе идет ремонт, мы все так же сидим по своим арендованным помещениям, но, понятно, большую часть времени проводим в нашем с Сявой старом кабинете. У Кеши все заставлено типографским оборудованием, Марк Яковлевич с Розой Львовной ютятся в каморке, а у Вероники такой «творческий беспорядок», что там и присесть негде. Ребята шумною гурьбой с час назад ушли на обед, а я решил воспользоваться возможностью поработать в тишине, зарывшись с головой в бумаги, подготовленные Розой Львовной, а потому попросил коллег принести и мне что-нибудь перекусить. И вот в тот момент, когда я, кажется, разгадал головоломку финансиста и стал хоть что-то понимать во всей этой безумной череде цифр и таблиц, в офис врывается запыхавшийся Кир Кириченко: — Фил, наших бьют! — Кто? Кого? Где? – я вскакиваю с места и быстро иду к выходу. — Какие-то кавказцы. Славку… – толстяк тяжело дышит. – Там, у крыльца. На улице… Не дослушав, я мчусь вниз. На лестнице едва не сбиваю с ног степенно поднимающегося Горемычного. Уже в вестибюле различаю женские крики и ускоряюсь еще больше. Справа от мраморной лестницы, ведущей ко входу в здание, в палисаднике, прикрытом от оживленной улицы кустарником, вижу, как Славку держат за руки двое, а третий, выпятив грудь, что-то втолковывает моему другу. Это Вазген, производитель пластиковых окон и дверей, а заодно – воздыхатель Вероники. Своих ребят я нахожу чуть в сторонке, причем Гриша держится за живот, а Генка – за челюсть. Кеши не видно, но его и не должно здесь быть – он уехал обедать с заказчиком. Марина рядом с ребятами, и только Вероника что-то кричит, пытаясь урезонить Вазгена, но тот не обращает внимания. С лестницы спрыгиваю сразу в палисадник. |