Книга Средневековый детектив, страница 126 – Владимир Романовский

— Позволь, позволь…

— Обсуждению не подлежит. Иди, и скажи Явану, чтоб входил.

Яван смотрел на князя бесстрастными зелеными глазами.

— Яван, ты говорил, что Нещук будет сидеть в яме до той поры, пока кто-нибудь не заплатит его долг казне. Было такое?

Яван изобразил на лице своем недоумение.

— Было?

— Было, – ответил Яван.

— Почему он не в яме?

— Он заплатил.

— Весь долг?

— Да.

— Откуда взялись у него деньги?

— Бескан дал. В счет сделки.

— Ты знаешь о сделке?

— Конечно.

— И ты ничего не предпринял, чтобы сделка не состоялась?

Яван поднял рыжие брови.

— Что-то я не помню, князь, чтобы мне вменялось быть при тебе спьеном или стражником. Да я, наверное, и не согласился бы.

Не подкупили ли его, подумал Ярослав. Бесстрастное веснушчатое лицо. Тонкие губы. Выражение лица по большей части участливое, но участливость эта явно деланная, ненастоящая. Но и не лживая, а так, желание понравиться, вписаться, быть одним из многих, быть своим. Не из корысти, а, очевидно, чтобы забыть прошлое. Вряд ли его подкупили. Владимир не стал бы рекомендовать кого попало.

— Сколько денег в казне?

— Три тысячи двести пятьдесят гривен.

— Где хранятся деньги?

— Не скажу.

— То есть как!

— Так.

Ярослав нахмурился.

— Уж не решил ли ты эти деньги себе присвоить?

— Нет.

— Но не скажешь, где они?

— Если тебе, князь, понадобятся деньги, хоть бы и все, я тебе их представлю в полчаса. Но чем меньше людей знает, где они хранятся, тем лучше.

— Даже я … э…

— Включая тебя, князь.

— А что, – сказал князь. – Это даже остроумно.

Яван поклонился.

— Священника Макария знаешь?

— Местной церкви? – спросил Яван. – Той, что в селении здесь, под боком?

— Да.

— Знаю. Пьяница.

— Да, водится за ним такой грех. Скажешь ему, где хранятся деньги?

— Чем меньше…

— Да, я понял. Но видишь ли, Яван, говорю тебе тайно … Придется нам на некоторое время уехать из этих краев. Я приглашаю тебя ехать со мной.

— В Швецию?

— Да.

— Что ж … – Яван улыбнулся. – Пожалуй. Сегодня?

— Сегодня к вечеру. Согласен?

— Да.

— Скажешь Макарию, где хранятся деньги.

— Он знает.

— Знает?

Яван издал короткий смешок.

— Он единственный помимо меня, кто знает, – сообщил он.

— Ты ему доверился?

— Ты тоже только что хотел ему довериться. Стало быть, есть что-то в Макарии такое. Располагает.

— Он очень уважает свое слово.

— Да. И в отличие от многих, чем больше выпьет, тем больше уважает.

Ярослав рассмеялся. Яван наклонил голову в знак того, что он доволен, что замечание его оценили.

— Жискар говорит, что наемников осталось человек двести.

— Около того. Ньорор очень недоволен. Две тысячи человек выбрали себе нового предводителя и ушли из города. Пятерым уйти не удалось.

Ярослав вздохнул.

— Что с ними сталось?

— Какая-то … ватага, человек восемь или десять, сделала налет на дома, где они жили, по отдельности. Всех, кто был в домах, убили и закопали. Дома сожгли. Действовали ночью.

— Дикость!

Яван пожал плечами. Ярослав неодобрительно покачал головой.

— Прямо Дикий Отряд Ликургуса какой-то…

Ни один мускул на лице Явана не дрогнул.

— Суд над Детином завтра? – спросил князь.

— В полдень.

— Хорошо. Поедем вместе. Ты и я.

— На суд?

— Ты догадлив.

Яван с сомнением посмотрел на князя.

— Лучше бы тебе в Новгород не…

— Не соваться. Ну, уж я сам решу, Яван, что мне лучше, что хуже. Поедем. Почему при тебе нет сверда?