Книга Всё равно не убежишь, страница 35 – Татьяна Катаева

начинает водить.

— Открой ротик, попробуй какая ты сладкая на вкус. Как клубника.

— У меня аллергия на клубнику.

— Так вот в чем причина, твоей токсичности. Ты сама себе разрушаешь. На себя же аллергия. А

у меня, как видишь, нет. Можно пару заходов ещё сделать. Чтобы завтра, перед своим

малолеткой, не могла, ровно ходить. Чтобы понял, что его принцесса, не такая, как

притворяется. Что ты бестия. Демоница.

— Хуй тебе на рыло, — кричу я. Упоминание о Саше, это слишком. Он не имеет права о нём

говорить.

— А это идея. Только мой хуй, и тебе в ротик. Вот так вот.

Он раздвигает мои губы пальцами, но я сильно сжимаю зубы. Ему плевать. Под щеки сует, и как

будто трахает мой рот.

— Мой член, идеально сюда войдёт. Сто процентов.

Он снова начинает меня трахать. Раком. Быстро. Резко. Сильно.

Я держу стон, не кричу. Хотя вот-вот должна кончить. А потом, он резко бьёт меня по

заднице. Раз. Второй. Третий.

И я кричу. В бешеном крике, вырывается оргазм наружу. Меня сотрясает и бьёт током. А этот

изверг, разворачивает к себе лицом, ставит на колени и всовывает член мне в рот. Одно

движение, и я чувствую, как он извергается. Спермы так много, что я глотать начинаю. Когда

всё заканчивается, я поднимаюсь на ноги, смотрю в его зеленые глаза, которое сейчас чернее

ночи, и резко наношу пощечину. Силы вложила, сколько было. Может и не так много, как

хотелось бы. Но я старалась.

Из ванной вылетаю. На ходу вытираюсь и ищу свои вещи. Движения быстрые, и механические.

Ненавижу ублюдка!

— Стой, я тебя отвезу домой.

— Никогда! Слышишь? Никогда не разговаривай со мной! — в глазах предательские слезы

собираются. Да-да, это совесть начинает просыпаться и душить меня. Хорошо тебе Катенька

только что было? Оргазм мощный получила. Ай да, красотка. А в глаза как Саше смотреть теперь

будешь? Ничего не смущает, да? Парень в любви тебе признался. А ты? Сука редкостная. Хотя

нет. Ты блядь Катюш. Блядь! — И не подходи. Ты мне противен!

— Угомонись! Я тебя блядь не насиловал, что ты ведёшь себя как истеричка.

— Нахуй пошел. Ненавижу.

Я натягиваю трусы, юбку и свитер. Лифчик не нашла. Да похрен. Сапоги, куртка, сумка. Всё на

автомате.

— Ну и проваливай ненормальная. Идиотка! — я на секунду замираю, ещё раз в глаза его

смотрю. Запоминаю того, кто первым мужчиной моим стал. Того, с кем больше никогда не лягу в

постель. Того, кого всем сердцем ненавижу.

Вот только у судьбы были другие планы. Жестокие, и не только по отношению ко мне.

Я иду по ночному городу, заливаюсь слезами. Задыхаюсь от безысходности. За блаженством и

раем, приходит ад. А за ним пустота и боль.

Между ног саднит, но это меньшее что меня беспокоит. За грудной клеткой трещина необъятная.

Что же я наделала? Почему не остановила его? Почему содрогалась и кончала? Нельзя переспать

с человеком, который тебе противен. Почему же у меня вышло?!

Как же я его ненавижу!

На ватных ногах перемещаюсь по улице. Мне так плохо, что орать и выть хочется. Как жить

после этого? Как принять то, что случилось? Как я буду смотреть Саше в глаза?!

Я, конечно, никогда не говорила ему, что девственница. Но он всё равно догадывался. Не

давил. Первые шаги постепенно делал. Хотя сам уже имеет огромный опыт за спиной. Видела как

ему тяжело, но отчего-то медлила. А теперь?