Книга Влечение Духа, страница 11 – Villa Orient

Он берёт инициативу в свои руки, одним движением меняя жанр на порно. Во-первых, он не умеет по-другому, а во-вторых, в этом жанре чаще всего бывает хэппи-энд.

— Разденешься для меня?

Она, кажется, теряется на мгновение, но не подаёт вида и тянет молнию сбоку. Он усмехается, потому что сам бы не догадался, где у этого вычурного платья застёжка.

В нём она выглядит как американская домохозяйка 50-х годов с неизменной красной помадой на губах. Она освобождается от платья, потом расстёгивает бра. Она уже поняла, что бельё его не интересует, он предпочитает обнажённое тело, поэтому она сразу стягивает трусики и даже снимает туфли, которые добавляют ей как минимум десять сантиметров роста, и перешагивает через них босыми ногами.

Когда он так на неё смотрит, то видит, что она маленькая и хрупкая, но именно это его и заводит. Она чистая и непорочная, но она не из мягкой глины, вылепить из неё что-то другое ни у кого не получится, потому что внутри неё гранитный стержень, а у её компромиссов есть предел. Она из тех, кто перешагнёт любую грязь и останется девственно чистой.

Она пришла в его жизнь так же неожиданно, как и ушла. Но она никак не оставляет его воспоминания. Яркие образы всплывают в его воспалённом сознании с болезненной периодичностью. Чем больше он пытается её забыть, тем больше начинает о ней думать.

Женщина-мечта. Женщина-загадка. По-настоящему она ведь никогда ему не принадлежала. Он даже не может определить её статус в своей жизни. Она не знакомая, не подруга, не любовница. И всё равно заняла в нём место, которое раньше не принадлежало никому.

Он ничего о ней не знает. Может быть, она давно замужем, и у неё пара детишек бегают по загородному дому. Может быть, она уехала далеко и надолго, чтобы забыть его и стереть это наваждение.

Теперь он понял, что означал её последний внимательный взгляд в баре: она хотела его запомнить, навсегда оставить образ в памяти. Она уже тогда решила, что уйдёт. Она завязла, но нашла силы выбраться. А он проваливается в бездну и не видит возможности освободиться.

Работа не помогает. Спорт выжимает физические силы, но не освобождает мозг. Он приходит в клуб вот уже две недели подряд в одно и то же время. Если она захочет вернуться, то придёт именно в этот час. Он проводит там по два часа день за днём. Время тянется вязко и медленно. Каждая женщина, входящая в зал, заставляет его вскидывать взгляд — и тут же разочарованно отворачиваться. Его член стоит ко́лом, но он не хочет других женщин. В конце концов, напряжение можно снять и руками.

На фоне тяжёлых эмоций ему опять начинают сниться кошмары из детства. Мать привязана верёвками к кровати. Она извивается и стонет под телом мужчины. Его разрывает от сокрушительного, удушающего бессилия. Он должен что-то сделать. Он — её сын и единственный защитник. Он не помнит момент, когда в его руке оказывается тяжёлый предмет. Следующее воспоминание — лужа крови, быстро растекающаяся по кровати и по полу. И истошный крик матери.

После этого он всегда просыпается с криком, в поту. Он не помнит этого в своём детстве, но знает, что это настоящее воспоминание, а не просто сон.

Он хотел бы вспомнить, но не может.

Мать лишили родительских прав, когда Духу было одиннадцать лет. Он знал отца, но тот отказался от него. Так Дух попал в интернат, но он сумел выбраться из всего дерьма, которое приготовила для него жизнь. Он учился, занимался спортом, получил образование и создал своё дело. Он всегда ставил перед собой достижимые цели, сложные, но возможные.